Я вспыхнула, стремительно подошла и ко второму бюстику, схватила его и, буркнув:
- Дурак, - покинула гостиную.
В спину мне полетел смешок шефа. Он догнал меня в спальне, когда я запихивала лифчики в чемодан. Колчановский прислонился плечом к косяку и сложил руки на груди. Я полуобернулась и бросила на него сердитый взгляд, Костик не устыдился.
- А ты меня позавчера обманула, - сказал он.
Я застегнула чемодан и развернулась к нему, вопросительно приподняв брови.
- Ни на какое свидание ты не собиралась, - продолжил шеф. – За весь вечер не было ни одного звонка. Если бы тебя кто-то ждал, он должен был позвонить. Ну, или ты ему.
- Я звонила с кухни, пока ты сидел в комнате, - соврала я.
- Нет, телефон ты достала из своей сумочки, когда мы начали фотографироваться. А сумочка лежала на кресле в комнате. Ты ее с плеча не снимала до того, как мы ушли с кухни, а после скинула и уже не брала.
Экстрасенс, детектив, бизнесмен и актер больших и малых. Сколько талантов в одном человеке! Я уселась на кровать, а после взяла и… растянулась поперек – усталость сказывалась всё сильней. Костик приблизился, посмотрел на меня сверху и прилег рядом, подперев щеку кулаком.
- Хорошая кровать, - одобрила я.
- Угу, - промычал Колчановский и перевернулся на спину. Он заложил руки под голову, и мы замолчали на некоторое время. Однако молчание я вскоре прервала.
- Так что обо мне разузнал твой детектив?
- Не привлекалась, не участвовала, не состояла. Я же тебе сказал, что не просил его рыться в твоем белье. Он собрал информацию о том, с кем общаешься, где бываешь, какие интересы. А я наблюдал за тобой на работе. Когда вторая годовщина свадьбы Поляковых замаячила на горизонте, я начал просматривать то, что пишут камеры, установленные в офисе. Так тебя выделил среди других и начал присматриваться более внимательно. Мне импонировало твое поведение в коллективе. Так что оставалось только побольше узнать о тебе прежде, чем подходить с предложением.
- Почему все-таки офис стал местом для поиска исполнительницы роли невесты?
- Я тебе говорил. Подумав, я решил, что мне будет проще с человеком, к которому я привык. Ну и который зависит от меня. Так есть рычаги давления. – Он вдруг протянул ко мне руку и подвинул ближе, уложив головой себе на плечо. – У нас получился хороший дуэт. Если честно, я иногда забываю, что всё не по-настоящему.
Я ничего не ответила, только смотрела на мерно вздымавшуюся грудь, мучаясь желанием положить на нее ладонь. Наконец подняла руку и обвела пуговицу на рубашке кончиком пальца, чуть замешкалась, а после все-таки сделала то, что хотела, и Костя накрыл мою руку своей ладонью.
Я закрыла глаза и постаралась ни о чем не думать, потому что на языке вертелся совершенно неуместный и глупый вопрос. Мне хотелось спросить, что будет потом, когда всё закончится? Разумеется, я ничего такого не спросила, потому что знала ответ. А еще хотелось, чтобы он меня поцеловал. Не перед друзьями, а вот так вот, наедине, когда нет зрителей, и когда поцелуй будет честным и только наш. Но и это желания я оставила при себе. Лишняя блажь и ничего больше.
Костя поглаживал тыльную сторону моей ладони, а я продолжала слушать его дыхание. На душе царило умиротворение с легкой ноткой горечи. И все-таки мне было хорошо и спокойно лежать в объятьях своего шефа. Я в который раз подумала, что нужно прекратить метания и попытки обуздать растущую симпатию, всё равно ничего не получается. С проблемами я буду разбираться после. А потом усталость и долгий-долгий день дали себя знать. Мысли начали путаться, и я так и заснула, лежа на плече Колчановского.
А когда проснулась, в окно барабанил дождь. Я открыла глаза и потянулась. Постепенно сознание уловило шкворчание и запах яичницы, расползавшийся по квартире. Сев, я огляделась – мое тело так и не покинуло Костиной спальни. На мне было надето всё то же платье, однако я лежала на подушке, а не поперек. Значит, шеф уложил меня по-человечески. Интересно, где сам провел ночь? Рядом со мной или в комнате для гостей? Я повернула голову и рассмотрела смятую подушку рядом. Похоже, спал здесь.
А потом пришло осознание – косметика! Я же не смыла ее перед тем, как вырубилась.
- Жуть какая, - пробормотала я, вскочила с постели и, прихватив белье из комода и халатик, теперь лежавший рядом с сорочкой, помчалась в ванную, на ходу бросив взгляд на часы. Был час дня.
- Привет, тигрик! – услышала я, исчезая за вожделенной дверью.
- Привет! – отозвалась я и закрыла защелку. Фух.
Затем поглядела на свое отражение и порадовалась, что успела исчезнуть раньше, чем Костя увидел мою физиономию. Как порадовалась захвату полочек в ванной, потому выходила я к шефу свежая и опять красивая, в смысле, накрашенная, высушенная и причесанная.