- Черт, черт, черт, - шипела я. – Какая же дура…
- Рыбка моя, ты там еще в водосток не уплыла? – послышался голос шефа под дверью.
Какая замечательная идея! Я посмотрела на водосток и удрученно вздохнула – утечь можно было только по частям, но мне такой подвиг был не по силам.
- Вера! – голос Колчановского прозвучал серьезно. – С тобой всё в порядке? Учти, будешь играть в молчанку, я дверь вынесу. Не шучу. Вера!
- Не надо громить мою квартиру, - отозвалась я, выключив воду. – Уже выхожу.
- Обязательно заставлять нервничать? – проворчал шеф и удалился от двери.
Я покачала головой и выбралась из ванной. Паникер. Сам сказал, что меня оглоблей не перешибешь, а теперь дверь сносить собрался… Я посмотрела на свое отражение в зеркале, повертела головой, разглядывая себя то с одной, то с другой стороны. Вроде ничего выгляжу. Свеженькая. Подумала было, что нужно подкраситься и привести голову в порядок, но вспомнила слова Колчановского наутро после посещения нас Поляковыми и намотала на голову полотенце. По-домашнему, так по-домашнему. Да и если сравнивать, какой он меня вчера видел, то сегодня я просто Афродита в банном халате.
С этой мыслью я и вышла к шефу. Он оглядел меня и заметил:
- В шелковом халатике выглядела симпатичней. Этот доспех, как пояс верности. Никакого простора для фантазии.
Я ответила возмущенным взглядом.
- На тебя не угодишь, - буркнула я, усаживаясь за стол. – То давай по-семейному, то давай ему красоту.
- Красота в наличии, - успокоил меня Костик. – Антуражу бы хотелось побольше.
Закатив глаза, я поднялась из-за стола и вышла с кухни.
- Куда?! – рявкнул мне вслед Колчановский.
- За антуражем, - буркнула я.
- Упырица, - донеслось до меня приглушенное ворчание.
Ждать себя я не заставила, просто поменяла громоздкий махровый халат на коротенький шелковый и вернулась назад.
- Так лучше? – спросила я, останавливаясь в дверях. Зачем я это сделала, я старалась не думать.
Колчановский осматривал меня несколько дольше прежнего, наконец, посмотрел в глаза и кивнул:
- Значительно. Фантазии появились.
- Дурак, - зарделась я и отправилась к кофеварке, чтобы налить себе чашечку бодрящего напитка.
- Завтракай, - велел шеф, не вдаваясь в дальнейшие обсуждения моего внешнего вида.
Пока я поглощала нехитрый завтрак из кофе и бутербродов, Колчановский подошел к табурету напротив и уселся на него. Поставил локти на стол, сцепил в замок пальцы и уместил на них подбородок. Я бросила на него взгляд. Костик был умыт, побрит, переодет и, конечно, вкусно пах.
- Ты уже позавтракал? – спросила я, чувствуя себя неуютно под его взглядом.
- Да, - кивнул шеф. – Не стал тебя будить раньше, дал подольше поспать.
- Ты у меня ночевал?
- У тебя, - на его губах появилась едва заметная улыбка. – Твой диван не такой удобный, как моя кровать. Но спалось всё равно сладко.
- Мы могли бы и утром встретиться, - заметила я.
- Я решил сэкономить время, - пожал плечами Колчановский. – Наш багаж у меня в машине. Выспаться я успел и собрался до того, как пришло время тебя будить.
- Ты меня переодевал?
- Нет, я только диван раздвинул и застелил. Потом потормошил тебя, и ты сама прекрасно справилась. Правда, снова вырубилась, как только коснулась головой подушки…
- Ты хоть отвернулся для приличия? – я поставила на стол чашку с кофе, опасаясь поперхнуться от картинки, которую нарисовало мое воображение.
- Почти, - улыбка стала шире, и я поспешила снова спрятаться за чашкой. – Глаз, который был с твоей стороны, я честно закрыл. Правда, второй всё равно смотрел, но за него я не в ответе. Не переживай, мне всё понравилось.
Я удержала на лице каменное выражение, невозмутимо закончила завтрак и отошла к раковине. Здесь уже округлила глаза и издала беззвучное: «А-а-а!». Чашку я мыла минут пять, ожидая, когда краска стыда сойдет со щек. И когда чашку из моих рук вырвали, я вздрогнула и скосила глаза на шефа. Он отставил скрипучий от собственной чистоты, чуть не затертый до дыр сосуд и выключил всё еще льющуюся воду.