«Неужели я позволю прошлому так меня изменить? Да, мне не светит музыкальная карьера. А сейчас так вообще ничего не светит, только странный мир со странными людьми и обрядами! Но раз так, то почему бы не прожить это время, как мне будет по нраву! Заодно и девочкам хоть помогу. Хватит распускать нюни, Лиза! Ты не то бледное нечто, что увидела в отражении. Ты другая».
И пока девушка мысленно вытаскивала себя из пучины серого отчаянья, у колдуна в голове билось лишь одно: «Почему Банши не рвалась к ней через завесу? Словно ждёт... Чего?».
Тогда, когда Лиза отвернулась от зеркала, Фёдор увидел не дрогнувшее вслед за ней отражение, а знакомый белый лик с такими же белыми волосами, в молчаливой ярости прожигающий фиолетовыми глазами и колдуна и Невесту. Банши не кричала, как бывало раньше. Она просто смотрела. И это было неправильно.
Глава 11 И быть тебе Невестой
Лиза ощущала себя странно: вокруг суетятся служанки, среди которых и Тати, готовя к церемонии, но вид у всех такой, словно покойницу наряжают. Ни словечка не проронят, ни взгляда не поднимут. А сама Невеста чувствовала себя словно в дурмане, её не покидали мысли о странных посиделках с Федькой среди травяного кумара и гляделок в зеркальце. Близость мужчины, его неприкрытые заигрывания вызывали подсознательный страх и желание поскорее спрятаться от этих зелёных насмешливых глаз. Странно, что Демитрий не вызывал такого отторжения и неприязни до тошноты, как Фёдор. С ним она скорее как пташка, заметившая медленное приближение кота, но оставшаяся из любопытства в ожидании, что же будет дальше. Только если пташка могла упорхнуть из когтей хитрого хищника, то Лиза могла только наблюдать и ждать, чем всё закончится.
Одна из служанок случайно уронила поднос с украшениями, которые надевали на Лизу, как манекен на витрине ювелирного магазина. «И зачем столько серебра на мне? За всю жизнь у меня не было столько украшений, сколько сейчас надевают». Ей хотелось расспросить Тати, что дальше-то будет, но она тоже отводила взгляд, виновато поджимая губы. И молчит как рыба. Лиза даже не могла понять хорошо это или плохо. Раскрыть свою проблему со слухом нельзя, но и чего ожидать ей хотелось бы узнать. А значит, придётся делать вид, что она высокомерная дама, общающаяся исключительно на повышенных тонах. Играть на пороге смерти противную ей роль было странно, как будто судьба насмехалась над ней. Но после никто не осудит, а если и осудит, то ей уже будет всё равно. Ещё и Фёдор странно на неё смотрел, когда они прощались перед входом в зал, и её буквально уволокла стайка служанок, налетевших из ниоткуда. Только Зоэль, возникшая рядом, — как всегда, — кинула напоследок злобный взгляд, прежде чем сопроводить Фёдора в зал, грубо прервав едва не сорвавшийся с его губ вопрос в сторону Лизы. Пришлая могла бы посчитать это прекрасным стечением обстоятельств, но фатализмом она не страдала.
Одна из служанок больно царапнула кожу гранью браслета, пока одевала его на руку Лизе. Царапина была мелкой, даже кровь не выступила, но отчего-то кожа горела огнём. Пришлая зашипела, выдернув руку, и только по дрожащим движениям губ поняла, что служанка извинялась за оплошность. В ответ Лиза отмахнулась от неё и поправила браслет сама, отметив необычный синий отблеск на его серебряных гранях.
Время близилось. Вскоре Лизе предстояло стать Невестой человеку, которого она видела только пару раз. Глупо, если вспомнить, что своего бывшего она знала уже три года, и жестоко ошиблась на его счёт.
Девушку подвели к дверям, у которых она рассталась с колдуном. Сердце сильно билось о грудную клетку, и, казалось, вот-вот проломит рёбра. Что её будет ждать на обряде? После обряда? Она не знала, но старалась утешить себя, что это долго не продлится. Ничто не вечно. И только сейчас Лиза поняла, что дрожит и тело ослабло — если кто даст ей в руки пёрышко, она и его не удержит в пальцах. «Что я делаю! Какая к чертям церемония! Меня здесь не должно быть. Я просто хочу домой... Я хочу жить как раньше». Звон колокола прервал хаотичные мысли Лизы и известил город о начале церемонии — двери отворились.
Лиза замерла в изумлении: она не ожидала увидеть полный зал, как обычно показывают в романтичных фильмах, но почти полностью пустое помещение сбивало с толку. У трона в самом конце зала стоял сам правитель земель Демитрий, в той же одежде, что и при их первой встрече, только плащ выделялся узорами из серебристых нитей. «Меня нарядили как куклу, но он стоит в том же, что и прошлой ночью. Для чего тогда столько суеты? Или...важно было только меня одеть. А Зоэль-то вся в чёрном. Как на похоронах. Стерва. Хотя она может не так уж и не права в моём случае».