Чуть поодаль в тени колонн стоял Юрий, мнущий руки от волнения. Между Правителем и троном стояло большое зеркало, поверхность которого переливалась, как морская гладь в штиль.
— Вот и невеста...
Лиза не могла услышать тихого шипения Зоэль, но зато это прекрасно расслышал Демитрий, одним колким взглядом заставив умолкнуть помощницу.
— Невестушка хоть и не по нашим меркам, но хороша. А, Повелитель?
Тут же не преминул высказать своё мнение колдун, с потаённым ехидством наблюдая, как Елизавета с каждым шагом становилась ближе к ним. Он-то точно заметил дрожь девушки, её сжатые в тонкую полоску губы и нарочито медленную походку. А его пристальное внимание к невесте заметил Повелитель.
— Не слишком ли ты засматриваешься на МОЮ невесту?!
— Полно, Демитрий, ТВОЕЙ ей недолго быть, так почему бы и не полюбоваться диковинкой?
— Не паясничай, Волох, не скоморохом — колдуном зовёшься.
В голосе Демитрия сталью прозвучали угрожающие ноты. Федька поднял ладони, словно сдаваясь, но довольная улыбка так и не сошла с его лица.
— Я, как и скоморохи, правду говорю. Но вы и сами узнаете, какова Невестушка — до ночи час недолог. Коли получится приласкать, а то дрожит пуще тумана поутру.
— Отрезать бы тебе язык, Федька, и в небыль кинуть, авось твоим родственникам да понравится?
Демитрий сказал это со всей серьёзностью, и Федька почуял могильный холод на шее. И если никому не было видно этих костлявых, с облезлой кожей пальцев, сжимающих горло колдуна, то Федьке достаточно было кинуть беглый взгляд на зеркало, чтобы узреть. В отражении позади рыжего мужчины стояла полусгнившая старуха, окутанная сапфировыми нитями, тянущимися к рукам Повелителя.
— Стоит ли мой язык таких хлопот, Повелитель? Я понял, не трону её, ежели сама не попросит.
— Не попросит.
Хватка небыли исчезла.
Зоэль, всё это время молча слушавшая разговор, сверлила взглядом то Федьку, то Лизу, и только последнее слово Повелителя вызвало неприятную дрожь по спине. Что-то неуловимое пряталось в уверенном голосе Демитрия. И касалось только его и чахлой Пришлой. Но не Зоэль, и это злило её.
Елизавету отделяли всего несколько шагов до звания Невесты. «Помни, мне нужно это, чтобы потянуть время. Не больше. Надеюсь, Варвара не ошиблась в своём женихе, как я». Шаг. Пальцы непроизвольно сминали тонкую ткань юбки. Ещё шаг. Выдох, отсекающий любые сомнения и желание сбежать, вспомнив слова Олега и обещание помочь. Ещё один шаг. И на расстоянии вытянутой руки над ней возвышались двое мужчин, один из которых станет ей женихом по местным традициям, а второй — палачом, коли узнает, что она не слышит.
Лиза посчитала уместным склонить голову в приветствии всех присутствующих. Совсем уж невежественной не хотелось прослыть. Когда она подняла голову, то приметила чуть приподнятые уголки губ Демитрия. Впервые она смогла рассмотреть лицо Повелителя при свете дня. Отчего-то сердце заполнила гордость, что она догадалась до этой, казалось бы, мелочи и получила мимолётное одобрение. На Федьку и Зоэль она не смотрела, опасаясь, что те с ней заговорят. А Лиза, не сумев ответить, выдаст себя. Демитрий протянул ей левую руку, и Лиза вложила свою в его ладонь. Кожа показалась очень холодной, несмотря на тёплый воздух вокруг. Он развернул невесту лицом к Федьке, другой рукой приобняв за талию. Елизавета вздрогнула, но ничего не сказала.
— Не тяни, Волох. Дел невпроворот.
Демитрий сказал это громко, Лиза поняла — для неё, чтобы была готова.
— Да, Повелитель, сейчас начинаем. Невестушка… — Федька, кажется, не заметил, как и сам заговорил громко, но запнулся, заметив тень угрозы, пробежавшей по лицу Демитрия.
Покашляв в кулак, Федька поправил:
— Елизавета. Повелитель Демитрий. Я, Волох, готов стать поручителем вашего союза перед богами. До срока, назначенного Тархом и Мораной, я вас нарекаю женихом Яви и невестой Небыли. И первый круг скрепляю кровью. Прошу вас...
Демитрий протянул колдуну руку, в которой крепко сжимал ладонь Лизы. Она напряглась, когда Фёдор, взяв их руки, вытащил из-за пояса костяной кинжал, сточенный в форме полумесяца. «Неужели сейчас будут резать ладони?» — догадка, ворвавшаяся в голову, не успела за быстрым движением лезвия, рассёкший кожу и Повелителя и Лизы.