Выбрать главу

— До Гиза четыре с половиной дня, — сказал он. — Ты поедешь в карете, чтобы у сенеши было достаточно времени для твоего обучения.

Я скривилась и откровенно говоря приуныла. Перспектива провести четыре дня в камере — одиночке на колесиках, да еще и в компании горячо любимой мной Альцины не радовала.

— Может я лучше на лошади поеду? — попыталась предложить я, но придворный 'казак' глянул на меня таким красноречивым взглядом, что я поскорее затолкала инициативу как можно глубже.

Дав мне еще несколько наставлений относительно завтрашнего дня, Семушка самолично довел меня до моих покоев и сдав на руки разгневанной моим отсутствием и сорванным чаепитием сенеши Альцине, поспешно удалился к себе.

На мое счастье строгое расписание сенеши было изменено предстоящим отъездом, поэтому перепоручив меня Агафне дамочка свалила паковать королевское барахло и утрамбовывать в сундуки приданное.

Мы же с рыжеволосой горничной занялись самым важным — сплетнями. Проболтав почти час, я торопливо поужинала в той самой гостиной, где состоялся наш первый разговор со всеми посвященными в тайну подмены принцессы Мариэллы и, отправив Агафну шерстить библиотеку в поисках еще какого‑нибудь любовного романа потолще, потопала к себе в комнату.

Покои принцессы Мариэллы располагались в самом дальнем крыле замка на втором этаже и больше напоминали пятикомнатную квартиру. Спальня, ванная комната, крохотный кабинет, гостиная и отдельная комната для многочисленных нарядов.

Кстати, мода в королевстве была поистине ужасна!

Мужчины в основном носили нелепые лосины, облегающие ноги и длинные рубашки чуть ниже пояса. Исключение составлял лишь Семушка, который, как я уяснила из рассказов Агафны, одевался по моде дотрема из которого приехал.

Женщины утягивали талии корсетами, разукрашивали лица разноцветными завитушками и обвешивали себя таким количеством украшений и драгоценностей, что с трудом могли передвигаться под их тяжестью.

Так же оба пола красили себе губы и подводили глаза. Считалось, что придворный не может покинуть свою комнату не накрашенным. Исключения составляли неизлечимо больные, мертвые и страдающие глазными недугами.

Дойдя до спальни, я кивнула знакомому рыцарю, якобы охраняющего мои покои от толп мужчин, жаждущих покуситься на мое тело, и зашла в комнату.

— И — и-и!!! — завопила я от радости заприметив свою любимую сумку.

В коридоре тут же послушался лязг и дверь распахнулась.

— Руки прочь от принцессы! — заорал рыцарь, выхватив меч из ножен на поясе.

— Все в порядке! — поспешила я заверить мужчину, но меня проигнорировали и вежливо подвинув в сторону пошли на поиск неприятеля.

— Серьезно, со мной все в порядке, — уверяла я мужчину в доспехах, наблюдая как тот с трудом опускает на одно колено и сгибается, чтобы заглянуть под кровать.

— Никого, — малость растерянно заявил рыцарь и поднял забрало.

— Совсем никого! — заверила я.

Тем не менее мужчина обошел комнату еще разок, проверил не спрятался ли кто за шторами, затем зачем‑то выглянул в окно и вновь посмотрел на меня.

— Но принцесса кричала, — поразил своим интеллектом бравый защитник.

— Паука увидала, — не моргнув глазом соврала я и ткнула пальцев куда‑то в угол. — Во — о-он там!

Рыцарь угрожающе зыркнул в то место куда указывал мой пальчик и, не найдя угрозы, молча вышел из комнаты. Судя по насупленному виду, ложная тревога оставила его крайне недовольным и разочарованным в адекватности принцессы Мариэллы.

Как только дверь за рыцарем закрылась, я рванула к кровати и, подхватив сумку, прижала ее к груди.

Неужели это все, что, возможно, останется у меня от прежней жизни? Неужели я больше не увижу маму, папу, братьев, Аську…

Глаза как‑то сами собой увлажнились, в горле запершило.

— Не раскисать! — громко приказала я сама себе, собралась с духом и высыпала на кровать все имеющиеся в сумке вещи.

Мда… прямо скажем — не густо!

Из самых ценных находок оказалась косметичка и айпод. Засунув наушники, мельком пролистала плей — лист. Давно планировала загрузить что‑то поновее, ведь большая часть треков порядком поднадоела или успела устареть. С другой стороны, занесло меня черт знает куда, поэтому хорошую электронную музыку услышать удастся еще очень нескоро.

Да что там про 'хорошую'! С учетом того, что у них тут век клавесинов или органов, то чует моя печенка, через неделю начнет одна лже — принцесса выть от тоски и требовать хотя бы попсу!

Отложив любимое 'яблоко' в сторону в приказном порядке даю сама себе зарок, беречь и по пустякам батарейку, которой итак осталось только половина, не тратить.