— Я? — улыбнулась я, чувствуя, как краснею. Да что происходит-то?!
— Да, думаю, Руся пойдет, — выдала мама.
— Но, мама! — воскликнула я. Благиня ойкнула, а её дочка испуганно выпучила глаза. Что опять им не так?!
— Нечего тебе дома сидеть, нужно вливаться в коллектив, заводить друзей, — спокойно ответила мама, мрачно смотря на меня.
Я не стала возражать, решив поговорить после ухода гостей. Они, похоже, только затем и пришли, чтобы пригласить меня на это сборище, потому что вскоре откланялись и ушли.
— Что это было? — сдержанно спросила я у мамы.
— У них считается крайне невежливым, когда дети спорят со своими родителями, — пояснила она, а я закатила глаз.
- Я не хочу туда идти! Я боюсь этих ребят, они странные. Их традиции, устои, правила — все это глупо! Чего они вылупились на меня, когда вошли?
— Здесь не принято женщинам ходить в штанах, — рассмеялась мама. — На меня тоже косо смотрели, когда я приехала, но потом я стала носить юбки, и все нормализовалось.
— На улице зима! Как можно зимой в юбках ходить? — не понимала я.
— В теплых шерстяных юбках и нижних штанах, — пояснила мама.
— Я пойду в джинсах, — твердо решила я. Мама неодобрительно посмотрела на меня.
— Как знаешь, но на тебя будут косо смотреть. Это как если бы у нас мужчина вышел на улицу в юбке.
Представив себе эту картину, мы с мамой вместе рассмеялись.
Ближе к вечеру я начала собираться, чтобы, как здесь говорят, показаться в люди. Мама права, и вливаться в коллектив нужно, но я не буду для этого наступать себе на горло. На улице минус пять, так почему я должна одеваться как старуха? Теплые джинсы, шапка вместо пухового платка, свитер, пуховик и распущенные волосы. Они у меня красивые и длинные, так зачем их скрывать? Мама смотрела на все это косо, недовольно сопела, но напрямую ничего мне не запрещала.
Когда пришла Драгомира, она так и застыла в дверях, увидев меня. Выражение лица у неё сделалось такое, будто её заставили в одиночку забирать из больницы буйного больного и вести его по улице.
— А ты так пойдешь, да? — неловко спросила она, облизнув губы и сглотнув.
— Да, — уверенно заявила она. — У нас все так ходят.
Когда мы шли по деревне, девушка вытянулась по струнке, смотрела строго перед собой и была крайне напряжена.
— А у вас здесь интересно, — завела разговор я. — Правда, очень отстало, мало удобств.
— Да, мы блюдем нравственность, — тихо ответила она, не повернув ко мне головы. — Жизнь в труде помогает хранить душу чистой и избегать грехов.
— Правда? — удивилась я. — А я думала, что запятнать душу может лишь черная магия.
— Нам, простым смертным, она недоступна, — девушка втянула голову в плечи и всем своим видом показывала, что мечтает стать невидимкой. Сначала я не поняла, в чем дело, но потом до меня дошло — метрах в пятидесяти от нас стояла группа парней. Молодые, лет двадцать на вид. Чем ближе мы подходили, тем отчетливее я могла их рассмотреть.
Три парня. Крепкого телосложения, симпатичные, одеты в брюки и нечто среднее, между мужской курткой и кафтаном. Ха, в городе я таких фасонов не встречала. Это что-то новенькое.
Завидев нас, она начали говорить тише и бросать на меня (именно на меня, а не на нас с Драгомирой) заинтересованные взгляды, при этом прищурив глаза. Один из них неопределенно хмыкнул. Повернувшись к девушке, я с улыбкой отметила, что она вся красная, не смотря на холодную погоду. Парни ничего нам не сказали, и, миновав их, я обратилась к своей спутнице:
— Не переживай, не думаю, что мое общество наложит на тебя какой-то отпечаток.
— То есть? — не поняла она.
— То, что ты идешь со мной по всему селению, не значит, что ты такая же, как я. Я же вижу, как тебя смущает мой вид.
— Ты не подумай, я не хочу тебя обидеть, — пролепетала Драгомира. — Но это же неприлично, чтобы девица носила штаны и демонстрировала всем свои ноги, — она перешла на шепот, будто говорила что-то неприличное. — А волосы распускать можно только при муже или отце, в другое время они всегда должны быть собраны. Это ведь неприлично! Парни не так поймут, решат, что ты их к чему-то подталкиваешь.
— Если они что-то там себе решат, это их проблемы, а не мои, — уверенно и с улыбкой сказала я. — В современном мире женщины вольны одеваться и выглядеть так, как считают нужными, не спрашивая ни у кого разрешения.
— Как это? — расширила глаза девушка.
— Вот так. Даже если на женщине очень короткая юбка, распущенные волосы и яркий макияж, это ничего не знает и мужчин ни к чему не подталкивает Если она сказала — отстань, значит, он должен уйти.