— Какая у нас прекрасная невеста, — донёсся до меня голос Стефана. Я обернулась и увидела своего друга. Видимо, я так задумалась, что не увидела, как он вошёл. Сегодня он выглядел почти нормально. Конечно, какая-то печальная тень всё ещё нависала над ним, но он уже больше походил на себя прежнего. Он, наконец, обстриг свои кудри и от этого стал выглядеть немного старше. Озорной блеск в глазах пропал, но губы были растянуты в улыбке. Стефан вальяжно развалился на моей кровати в своём тёмно-коричневом костюме с галстуком-бабочкой.
— Дружка невесты так же прекрасен, — со смешком произнесла я.
Мариэль наносила последние штрихи на платье, и мне приходилось стоять на месте. Но я бы сейчас с удовольствием обняла своего лучшего друга. Мы больше не говорили о его страхах, но итак было ясно, что он не чувствует себя в безопасности. Иной раз, глядя на него, я вспоминала, каким озорным и весёлым он был раньше. Каким беззаботным и счастливым, несмотря на все напасти, отсутствие родителей и жизнь на улице. Мы всегда старались быть вместе, наше спасение было в нас самих. И нам было хорошо, не всегда, но в большинстве случаев. Не так важно, что мы не кровные родственники, нас соединяет нечто большее. Мы прошли через многое, и мы справимся с этой новой напастью. Обязательно.
— Волнуешься? Помню, как ты не хотела выходить замуж и боялась, что муж окажется страшилищем ужасным, — произнёс Стефан и скривил лицо.
— Это было давно, — рассмеялась я, — я немного волнуюсь, это правда. Но я не боюсь, уже нет. На самом деле он хороший и не такой, как мне казалось поначалу.
— О, да ты, кажется, влюбилась, — он прищурился, и я почувствовала, что щёки начали меня выдавать. От Стефана это не ускользнуло, и он принялся хохотать, сильно и заразительно. По его щекам даже слёзы побежали, он схватился за живот. Я схватила первую попавшуюся вещь со стола и запустила ею в Стефана. Это оказалась большая катушка ниток, и она попала ему прямо в живот. Он застонал от боли, но смеяться от этого не прекратил.
— Смейся-смейся, — ответила я, показывая ему язык.
— Вы такие милые, — донёсся до меня голос Мариэль.
Наконец, платье было готово, и она выпрямилась во весь свой рост. Тёмные волосы она убрала в высокий хвост, на талии повязала передник с множеством швейных инструментов.
— Ты тоже хочешь надо мной посмеяться? — сказала я ей, и она улыбнулась.
— Любовь — дело серьёзное, с ним не шутят, — ответила она, — но краснеешь ты мастерски.
И тут они вместе со Стефаном рассмеялись. Я улыбнулась, видя что хоть на какое-то мгновение мрачная обстановка в этих стенах рассеялась. Я отвернулась от них и снова разглядываю своё отношение в зеркале. Мариэль постаралась на славу. У некоторых есть такая привилегия данная свыше — талант. Кто-то хорошо рисует, шьёт, поёт песни, но что могу я? Даже не знаю, какой у меня талант. Может, мне ещё предстоит это узнать? Я услышала, как открылась дверь, и увидела в зеркале Лейну. Она выглядела прекрасно в своём светло-розовом платье в пол с расклешёнными длинными рукавами. Тёмные длинные волосы она заплела в причудливую косу и вплела в неё красные цветы.
— Пора делать причёску, — сказала она, улыбаясь. Я присела на стул возле зеркала, и она принялась за дело. Руки её так и порхали над моими волосами. Выражение лица сосредоточенное и серьёзное. Мариэль со служанками навели порядок, убрали все материалы и инструменты в большой сундук. И постепенно комната приобрела свой привычный вид. Мариэль поцеловала меня в щёку и ушла, пообещав обязательно прийти на церемонию. За ней собрались и ушли служанки. Стефан всё так же лежал на кровати. Его взгляд был полностью сосредоточен на Лейне: он, не отрываясь, следил за каждым её движением. Вид у него задумчивый, но счастливый. Неужели я выглядела так же со стороны, когда смотрела на принца?