Взгляд-лезвие проходит по моей груди, по животу, бедрам, будто желая срезать одежду. Поднимается вверх, задерживается на моих губах.
– Все было не так!
– Я провалами в памяти не страдаю, и галлюцинациями тоже.
– Почему я вообще должна оправдываться?
Хантер прищуривается, а потом отталкивается от двери и в пару движений оказывается возле меня. Я отшатываюсь и упираюсь в край стола: дальше бежать некуда. Мне кажется, что он сейчас сгребет меня в охапку или придушит, но вместо этого Хантер нависает надо мной и шумно принюхивается, втягивая носом мой запах.
Он морщится, будто от меня воняет лимонной свежестью или чем похуже. Калеб! На мне его запах. Я рассчитывала его смыть, но теперь деваться некуда.
– Действительно, – снова включает профессорский тон Хантер. – Почему? Может, потому что я твой альфа, или жених, или тот, кто вчера ловил твои стоны и крики удовольствия. Это как минимум требует объяснений, моя прогрессивная невеста.
«Прогрессивная» его устами звучит как что-то оскорбительное.
Краска приливает к щекам. Так, я должна контролировать себя, сохранять спокойствие даже в такой щекотливой ситуации. Даже когда между нами считаные сантиметры, и на меня давит звериная аура альфы.
– Ты хотела заставить меня ревновать?
– Что? Нет! – выплевываю с отвращением. Что за чушь! – Дело не в этом, я вообще не хотела, чтобы кто-то узнал.
Низкое рычание Хантера подсказывает, что ответ неправильный.
– А что ты хотела, Алиша?
Почему бы не сказать правду?
– У меня мало опыта в сексуальных играх.
Не знаю, чего он ждет от меня, но теперь на его лице читается замешательство пополам с неверием.
– И ты решила наверстать упущенное?
– Это был эксперимент, – объясняю терпеливо. – Чтобы я разобралась в том, истинная мы пара или нет.
– К бесам истинных! – рычит Хантер. – Если захотелось потрахаться, почему сразу не пришла ко мне?
Я дергаюсь от грубости, но даже отодвинуться не могу: Хантер опустил ладони на столешницу, захватывая меня в капкан.
– Мне нужно было сравнить!
– Сравнила?
На этот раз его глаза вспыхивают синим, но меня это больше не пугает. Я зла, потому что готова разговаривать с ним откровенно, а вот он слышать меня не готов.
Поэтому я вздергиваю подбородок и цежу:
– Не успела.
Взгляд Хантера темнеет, а потом он наклоняется к моей груди, вдыхая аромат с моей кожи.
Вся бравада с меня мигом слетает.
– Что ты делаешь?
– Хочу знать, как далеко вы зашли.
– Мы никуда не зашли, пришел ты.
– И я должен тебе поверить?
Я ударяю ладонями в мужскую грудь, но он даже не пошатывается, будто я по скале стукнула. Меня хватают за руку, сметают все, что на столе, на пол, а я оказываюсь распластанной по столешнице животом вниз.
На меня накатывает паника, особенно когда он заводит мои запястья за спину, а попытка его лягнуть ни к чему не приводит. Меня захлестывает страх, потому что мы вдвоем за запертой дверью, Хантер зол, как бес, и поблизости никого, кто может мне помочь.
Он просто выполнит свою угрозу и трахнет меня.
– Хантер, не надо. – прошу я, когда он принюхиваясь, задирает мою куртку, касается носом кожи. – Пожалуйста! Это не ты, это мой аромат действует на твоего зверя.
– С чего ты решила, что я утратил контроль, Алиша?
Я вздрагиваю от его голоса: он спокойный, холодный.
Хантер бесцеремонно задирает мою юбку, гладит ягодицы, проводит по моим складочкам поверх белья. Хорошо, он просто трахнет меня, не потеряв контроль, а это еще ужаснее. Ужаснее даже того, что я мигом откликаюсь на его движения – внизу живота теплеет, а соски напрягаются, трутся о ткань. Возбуждение прокатывается по венам, хотя это больше похоже не на ласку, а на ощупывание, словно он действительно проверяет, где побывали руки Калеба.
– Если ты это сделаешь, я тебя никогда не прощу, – обещаю я.
Мгновение ничего не происходит, а затем он убирает пальцы и отступает.
– Мы закончили.
– Что это означает? – Я сползаю со стола и смотрю на него неверяще.
– Ты сказала правду, я тебе поверил.
Хантер отворачивается и бросает словно нерадивой ученице:
– Вон из моего кабинета.
Правильнее уйти, раз меня отпустили и даже не наказали. Что сказать, в начале нашего знакомства я бы обрадовалась этому приказу и убежала, сломя голову. Если бы между нами не было всего, что было. Ужина, завтрака, разговоров, поцелуев. Его потерянного контроля. Вчерашнего вечера, где он прикасался ко мне откровенней, чем я прикасалась к себе сама.
– Не хочу.
Я складываю руки на груди и не двигаюсь с места. А вот Хантер оборачивается, смотрит на меня, прищурившись.