— Да вот, хотел тебя поприветствовать, — хмыкнул он. — Нацепил мантию, маску, сделал пару шагов, и тут как началось...
Он плеснул на себя ещё воды.
— Нашему, — он помедлил, — вчерашнему зрителю не понравилось, что я о нём слишком много болтаю.
— Для взрослого мужчины он мстит, как ребёнок.
— Ох, лучше прикуси язык, Из, — буркнул он.
— Он меня без конца оскорбляет в своих записках, — отмахнулась Изабель. — Я тоже умею мстить.
— Ты вчера говорила о письме с оскорблениями. Что он написал?
— Назвал меня деревенщиной и студенткой-недоучкой, — с этими словами Изабель тщательно осмотрела другие костюмы. — И велел убираться.
— О, классическое приветствие, — Жиль зачесал волосы назад. — Не понимаю, как тебе мог не понравиться такой дружелюбный парень.
Изабель обдала его невесёлым взглядом.
— Да брось, — улыбнулся Жиль. — Призрак, конечно, жуткий, но мы же продолжаем здесь работать.
— И почему же? — девушка нахмурилась. — Очевидно, что здесь бродит маньяк!
Жиль пошатнулся и побледнел от таких слов. Изабель и сама сжала кулаки, глубоко вдохнув. Она была слишком расстроена из-за первого рабочего дня и не могла сдерживаться.
— Мне... нравится здесь, — парень пожал плечами. — Да и Призрак меня особо не донимал. Ну, до сегодняшнего дня.
Он немного помолчал, а потом хитро улыбнулся.
— Кто знает, может, ты его угомонишь?
Изабель приподняла бровь, не понимая, к чему он клонил.
— Да брось, Из, — Жиль улыбнулся. — Ты явно уже наслушалась комплиментов и о своей внешности, и о голосе.
Девушка дважды моргнула, после чего нахмурилась и тряхнула кудрями.
— Глупости какие. Иди на сцену, я приду через пять минут.
— Ах! — он рухнул на колени, схватившись за сердце. — Как холодна эта женщина! Как жестока!
— Кышь!
В этот раз дверь в кабинет была закрыта. К счастью. Войдя внутрь, Изабель сняла пальто, стянула шарф, оправила волосы перед зеркалом, а после тщательно осмотрела свой кабинет. Ни писем, ни роз, ни неприятных сюрпризов. Всё настолько обыденно и скучно, насколько это могло быть, и Изабель с облегчением выдохнула.
Прежде чем прийти на репетицию, она зашла к Гаскону, чтобы подписать заявление о приёме на работу. Вот и всё. Теперь хотел Призрак того или нет, ему пришлось бы терпеть Изабель как минимум две недели, даже если она решила бы уволиться в этот же день.
Не теряя времени, она отправилась на репетицию, без конца оглядываясь. Изабель чувствовала лёгкое покалывание в затылке, будто кто-то сверлил её пристальным взглядом.
Сжав ручку двери, ведущей в зрительный зал, она вздрогнула и обернулась. Ей казалось, будто...
...будто чья-то рука легонько коснулась её плеча.
— Блестяще, Идо, — шепнула она, толкнув дверь. — Ты свихнулась. Не могла дождаться старости?!
Не глядя в сторону пятой ложи, она прошла к артистам. Как и вчера, они сидели на стульях перед оркестром, держа в руках распечатанные копии сценария.
— По поводу вчерашнего, — произнесла Изабель. — Я не успела спросить... вы поняли, что я требую от исполнения? Кто-то сможет это повторить?
Руку подняла одна из артисток, её звали Корнели. Изабель слушала её исполнение, закрыв глаза, и в итоге кивнула. Девушка действительно уловила задумку Изабель и смогла подавить свою личность, чтобы уступить место персонажу.
Распределив роли и сделав пометки в либретто, Изабель стала подробно разбирать образы и характеры персонажей с выбранными актёрами.
— Ты играешь загадочного, молчаливого, но очень влиятельного старика, — наставляла она. — В либретто это не указано, но я вижу этого персонажа хромым и с тростью. Как любого классического дьявола.
Артисты то соглашались с её мнением, то вносили свои предложения. И по итогу она отметила в сценарии столько правок, что в них не разобрались бы даже ведущие детективы мира.
После разбора образов они приступили к самому либретто, к сценам в нём. Как это часто бывало, артисты не сразу поняли задумку сценариста, и им требовалось объяснить простые истины.
— Да нет же! — в какой-то момент Изабель подскочила с места, держа в руках либретто. Её руки были в чернилах, синяя паста испачкала лоб и скулы. Не будь она одержимой творческим процессом, её можно было бы принять за безумную. — Персонажи не такие однобокие! Их ненависть друг к другу возникла из-за сдерживаемой страсти! Персонажи поэтому и говорят с намёками, двусмысленно. И бесятся, когда один другого не понимает.