Та недоуменно наморщила лоб.
– Не понимаю. Вы имеете в виду, сожительствуют ли Саймон и Милли? Нет, совершенно точно. В этом плане они довольно старомодны.
– Я спрашивал о другом. Проще говоря, я хочу знать: для Милли это первый брак?
– Первый брак? То есть как?
– Мне сообщили…
– О чем вы толкуете? – перебила священника миссис Хэвилл.– Кто-то намекает, что у Милли прежде был муж?
Каноник слегка наклонил голову.
– Вранье! Разумеется, Милли никогда не была замужем. Как вы могли поверить в такую ерунду?
– Мой долг – проверить истинность подобных утверждений.
– А если человек, который сказал вам об этом,– полный псих? – поинтересовалась Изабел.
Я доверяю собственному суждению.– Каноник Литтон бросил на нее ледяной взгляд.– Персона, сообщившая мне об этом, настаивала на правдивости своей информации и даже была готова предъявить копию брачного свидетельства.
– Кто это? – резко спросила Изабел.
– Я не имею права называть имен,– уклончиво сказал каноник, аккуратно расправляя рясу.
Да ему нравится эта заварушка, подумала Изабел, он просто наслаждается ситуацией.
– Зависть! – неожиданно воскликнула Оливия.– Вот вам и повод. Кто-то позавидовал Милли и решил испортить ей свадьбу. Вокруг полно девушек, которым не повезло в любви. Неудивительно, что им захотелось отомстить бедняжке Милли. Право же, каноник Литтон, вы меня удивляете. Поверить в такую подлую ложь!
– Можете называть это подлой ложью,– невозмутимо ответил каноник,– но я желаю поговорить лично с Милли. На тот случай, если в деле присутствуют факты, о которых вы,– он кивнул Оливии,– не осведомлены.
Миссис Хэвилл затряслась от ярости.
– Вы всерьез полагаете, что моя дочь могла выйти замуж и ничего не сообщить мне? Дочь рассказывает мне обо всем!
Изабел нервно сменила позу; мать и каноник Литтон одновременно повернулись в ее сторону.
– Вы хотите что-то пояснить? – обратился к ней священник.
– Нет,– быстро возразила Изабел и закашлялась.– Ничего.
– Ну и за кем же она, по-вашему, замужем? – потребовала ответа Оливия.– За почтальоном?
Последовала короткая пауза.
– За человеком по фамилии Кепински,– сказал каноник Литтон, сверившись с бумажкой.– Его зовут Аллан Кепински.
Сердце Изабел упало. Милли конец.
– Аллан Кепински? – скептически переспросила Оливия.– Самая глупая фамилия, которую только можно выдумать! Нет, все это явная клевета, сочиненная неудачницей, которой не дает покоя счастье моей дочери. Такое случается сплошь и рядом, верно, Изабел?
– Угу,– слабо кивнула Изабел.– Сплошь и рядом.
– А теперь,– Оливия встала,– прошу меня извинить, каноник Литтон. У меня тысяча забот, мне не до наспех состряпанных баек. У нас в субботу свадьба, знаете ли!
– Я в курсе,– сказал священник.– Тем не менее я должен поговорить с Милли. Надеюсь, сегодня вечером у нее найдется минутка.
– Можете разговаривать с ней сколько душе угодно,– с досадой произнесла миссис Хэвилл,– но, уверяю вас, это напрасная трата времени!
– Я вернусь,– напыщенно произнес каноник.– Не провожайте меня.
Когда входная дверь захлопнулась, Оливия посмотрела на старшую дочь.
– Ты что-нибудь понимаешь?
– Нет, конечно.
– Изабел,– строго сказала миссис Хэвилл,– ты можешь обмануть каноника Литтона, но меня не проведешь. Что происходит?
– Мамочка,– Изабел постаралась, чтобы ее голос не дрожал,– думаю, нам лучше подождать, пока вернется Милли.
– Подождать? – испугалась Оливия.– Изабел, что ты имеешь в виду? Все, что говорил каноник,– выдумки, так ведь?
– Мама, я ничего не имею в виду,– уперлась Изабел.– Дождемся Милли.
– Я не допущу, чтобы у моих детей были от меня секреты! – гневно воскликнула Оливия.
– Если честно, мамуля,– вздохнула Изабел,– ты чуть-чуть опоздала.
Милли устало тащилась с вокзала. Рядом с ней вдруг затормозила машина.
– Привет, детка! – поздоровался Джеймс Хэвилл.– Подвезти?
– Ох, спасибо, пап.
Не глядя на отца, Милли села в машину и уставилась прямо перед собой, в уличные сумерки, лихорадочно пытаясь привести в порядок мысли. Надо было срочно решать, что делать, срочно составить план. Всю дорогу от Лондона она старалась трезво оценить ситуацию и найти приемлемый выход. И вот она снова в Бате, всего в нескольких минутах от дома, а решения нет как нет. Сумеет ли она заставить Александра молчать? Уже кончается четверг, свадьба в субботу. Только бы пережить пятницу…
– Хорошо провела время в Лондоне? – спросил Джеймс.
От неожиданности Милли чуть не подпрыгнула.
– Ммм, да. Ходила по магазинам и всякое такое.
– Понятно,– кивнул отец.– Выбрала что-нибудь стоящее?
– Угу.– До Милли вдруг дошло, что у нее с собой нет ни сумок, ни пакетов.– Я купила… запонки. В подарок Саймону.
– Замечательно. Кстати, он просил передать, что позвонит тебе после работы.
Нервы Милли натянулись, как струны.
– А-а, хорошо.
От страха у нее закружилась голова. Как сможет она разговаривать с Саймоном? Как осмелится посмотреть ему в глаза?
Выйдя из машины, она ощутила жгучее желание убежать прочь и больше никогда не видеть своих близких. Вместо этого она вслед за отцом поднялась на крыльцо к парадному входу.
– Вернулась! – донесся возглас Оливии, услыхавшей, как открывается дверь.
Миссис Хэвилл вышла в прихожую.
– Милли, что это за бред?
– Какой бред? – насторожилась Милли.
– О том, что ты якобы замужем?
Милли словно ударили по голове чем-то тяжелым.
– Что-что? – дрожащим голосом переспросила она.
– Что здесь происходит? – осведомился Джеймс, появляясь в прихожей.– Оливия, с тобой все в порядке?
– Нет, не все,– отрывисто сказала миссис Хэвилл.– Приходил каноник Литтон.– Она через плечо обернулась на старшую дочь.– Так, Изабел?