Часть первая, 1. Фрейлина
Сад Государева дворца звенел от пения птиц. Этот радостный звук вместе с теплым майским ветром врывался сквозь открытые окна и играл занавесками в комнате Анны. Сама она в окружении служанок стояла у зеркала. Две пары умелых рук надевали на нее одни за другими многочисленные элементы женского костюма.
Анна глядела на себя с удовольствием. Два с половиной месяца жизни во дворце пошли ей на пользу: из худенькой как тень, бледной девчушки Анна превратилась в прекрасную девушку. Ее щеки розовели здоровым румянцем, волосы блестели как атлас, кожа, как ни прячься от яркого майского солнца, все-таки обзавелась легким медовым загаром, а тело приобрело желанные округлости, об отсутствии которых Анна так часто сетовала прежде. Она похорошела, расцвела той нежной красотой восемнадцатилетней девушки, которую так любят воспевать поэты и художники.
- Какой наряд вы выберете, Анна Максимовна? – спросила служанка, вынося из гардеробной два изысканных летних платья.
Не успела Анна выбрать, как в дверь будуара постучали – тихонько и торопливо.
- Открой, Акулина, - обратилась она к служанке, - Это, должно быть, моя сестрица.
И действительно – в комнату влетела Алекса. Анна скользнула по ней критическим взглядом. Грудь девушки тяжело вздымалась от быстрого бега, а подол платья спереди был смят – Алекса неаккуратно приподнимала его, чтобы не упасть.
- Ну вот, снова ты носишься! Дворец тебе не «Тихая гавань», могла бы и привыкнуть.
- Мне есть что тебе рассказать! – тараторила Алекса, - Я проходила мимо покоев великой княгини, и ты не представляешь, что, а вернее – кого, я там видела!..
- Оставьте нас! – прервала ее рассказ Анна. Служанки в тот же миг скрылись за дверью. Хозяйка комнаты строго нахмурилась на гостью, - С ума сошла говорить подобное при посторонних?
- Ах, прости, я все никак не привыкну! – Алекса несколько раз шлепнула себя по губам.
- Ну так кого ты видела? – тихо спросила Анна, усаживая ее рядом с собой.
Алекса как всегда начала рассказ обстоятельно, с самого начала
- Сегодня я рано встала. Мне сделалось скучно, и я пошла гулять по дворцу. Так хорошо было, пусто, никто не ворчал на меня – а то знаешь, как это обычно бывает. Тут я вспомнила, как мы с тобой учили старых государей. Я запомнила их по очереди, кто за кем правил, а в лицо – нет. Ужасное упущение выходит. И я решила сходить в лиловый коридор, где их портреты висят, попытаться поучить. Пришла я туда, смотрю – а охрана нигде не стоит. Точнее стоит, но только в самом конце, у покоев государя, а у других – нет. Я этому сперва значения не предала и пошла дальше смотреть портреты. И вдруг, дверь в покои Анастасии Павловны тихонько открылась, и знаешь кто оттуда вышел? Военный министр! Тот самый, который отправлял нас из Блекфорда. Он мне всегда казался ужасно важным и страшным, а тут крадется, оглядывается, словно вор. Я за штору спряталась, он меня и не заметил…
Дальше Анна не особо следила за речью Алексы. Она встала. Лицо ее заострилось, кулаки сжались.
- В каком часу это было?
- Да вот, только что. Двадцати минут не прошло, - ответила Алекса.
Анна взглянула на часы, но точность была не важна – и так ясно, что время слишком раннее для официальных визитов.
- Какая мерзость! – едва не взвизгнула она, - Отвратительно! Как она может!
- Уж не хочешь ли ты сказать?..
- А разве могут быть другие логичные варианты?
Алекса поморщилась и покраснела. Анна ходила по комнате взад-вперед, скрестив руки на груди. Ее лицо исказилось от возмущения и отвращения.
- …Ну а с другой стороны, почему бы и нет? – рассуждала Алекса.
- Что? Он же старый, мерзкий!.. Фу!
- Я бы не назвала его таким уж мерзким. По крайней мере, на вид.
- Дело не в этом, Алекса! У моей матери есть законный муж. Александр Сергеевич замечательный человек, и он очень-очень несчастен. Я так хотела, чтобы они помирились и снова жили вместе, а она… Она завела любовника!
- Я понимаю твои чувства, Аня, но все-таки это личное дело Анастасии Павловны. Может быть, она его любит, может быть, он и правда лучшее ее мужа…
Полный негодования взгляд Анны был подобен молнии.
- Видимо, ты забыла, как Грозовский говорил со мной тогда, в доме фон Лейпца. Он мой враг, Алекса! Он знает обо мне то, чего не должен. О! Теперь я поняла, зачем он взял с меня обещание молчать! Я в его власти, понимаешь?