Выбрать главу

Анастасия Павловна продолжала.

- В этом случае, тебе, как всякой даме столь высокого титула, положена фрейлина. Это натолкнуло меня на мысль убить двух зайцев сразу: найти тебе подругу и обеспечить работой госпожу Миронову. Как ты смотришь на ее кандидатуру?

- Не могу иметь ничего против, - Анна пожала плечами, скрывая легкую дрожь, - Но все же, Таисья Андреевна, не могли бы вы ненадолго оставить нас наедине с великой княгиней?

- Конечно, - кивнула та и быстро скрылась из оранжереи.

Анна схватила руку Анастасии и с жаром припала к ней губами.

- Как вы добры, матушка! Вы не представляете, что сделали для меня. Я… я всю жизнь…

- Ну что ты, милая, - Анастасия немного опешила. Такие эмоции были совершенно не свойственны для ее строгой и сдержанной дочери, - Здесь нет никакого особенного благородства с моей стороны. Так должно было быть. Я не считаю, что даровала тебе какую-то награду, или, не дай Солнце, откупилась: нет, я лишь расставила вещи по своим местам. Ты всегда была великой княжной, всегда была частью нашей семьи.

Анна силилась сказать что-то в ответ, но от избытка чувств, не могла. В глазах задрожали слезы. Еще пару минут назад она злилась на мать, но сейчас была готова ее боготворить.

Анастасия Павловна, при виде слез дочери, растрогалась. Она сжала Анну в объятьях. Так они замерли на пару мгновений.

- Прости меня за все, дорогая, - прошептала Анастасия Павловна, - Я ведь сразу поняла, почему ты сбежала от меня: тебе казалось, что тебе здесь не рады, что ты никому не нужна. Это не так. Просто все мы тогда были не в себе, а теперь пришла пора вернуться к нормальной жизни.

- Больше я никуда не сбегу. Ни за что! – Анна улыбнулась, отстраняясь.

Чтобы успокоиться мать и дочь решили пройтись по оранжерее. Анастасия без умолку говорила что-то веселое. Анна пыталась вникнуть в суть ее речей, но никак не могла. В ее груди все еще слишком сильно грохотало сердце.

- Ах! – Анастасия Павловна резко остановилась, - Мы с тобой такие легкомысленные! Совсем позабыли бедную Таисью Андреевну. Как неловко получилось!

- Кстати о Таисье Андреевне, - Анна аккуратно остановила мать, - Не поспешили ли вы с выбором кандидатуры? Ни вы, ни я ее совсем не знаем.

- Дорогая, доверься моему опыту.

- Не знаю, нуждаюсь ли я во фрейлине как таковой. Прежде с подобными обязанностями вполне справлялась Алекса…

- Алекса не может занимать эту должность! – Анастасия Павловна нахмурилась, как и всякий раз, когда разговор заходил о «сестре» ее дочери, - Фрейлина – это прежде всего наставница и помощница. Какая помощница из твоей Алексы? Она совсем еще дикий, неотесанный ребенок. Ей нужно учиться. Я хочу видеть возле тебя исключительно образованных, обладающих безупречной репутацией подруг. Только такая девушка как госпожа Миронова может оказать на тебя хорошее влияние, подсказать что-то, если нужно. Посмотри на себя, ведь пансион сделал из тебя сущую демократку! При встрече благородные дамы кланяются друг другу, а не жмут руки – это исключительно мужской жест. Нет, Анечка, я думаю, что поступила правильно. Компания Таисьи Андреевны будет тебе очень полезна, уж точно не вредней компании твоей дикой сестрицы!

Анна заставила себя смолчать. Ее тяготило пренебрежение, питаемое Анастасией Павловной к Алексе. С первого дня появления ее во дворце, великая княгиня воспылала ненавистью. В бедной Алексе она видела дочь мнимой соперницы, второй жены Максима. Ревность, обида и ущемленное самолюбие сжигали Анастасию. Даже разговоры об Алексе вызывали у нее раздражение. Княгиня ненавидела новую родственницу своей дочери и терпела ее из последних сил только ради Анны. Сама же Анна была уже не рада своим интригам. Она чувствовала себя виноватой и перед матерью, и перед Алексой, на которую многие обитатели Государева дворца смотрели так же безжалостно. Вдвойне тяжело Анне было от того, что развеять эту ненависть могли всего несколько слов – Алекса не родная дочь Максима Крылова. Но она молчала, боясь, что тогда Алексу могут и вовсе выгнать из дворца, а терять свою единственную подругу Анна не хотела.

Она взяла мать за руку и тяжело вздохнула.

- Простите меня, я веду себя неблагодарно. Возможно, компания этой Таисьи действительно окажется для меня интересной.