Единственный, кто стоял у него на пути – Рихард Винтер. Тень. Человек, которого нет. Человек-идея, человек-мечта.
Принц-революционер. Теперь написать два этих слова через дефис казалось нелепицей. Ты уж либо одно, либо другое. Совместить этих двоих – все равно что совместить лед и огонь, тьму и свет, зло и добро. Невозможно. Но разделить их – значит сойти с ума.
Фред и так уже не был уверен в здоровье своего рассудка. Он легко встал в пять часов утра, потому как еще не засыпал. Он думал. Курил папиросу за папиросой и мучительно думал над словами Ларса фон Гюнтервальда.
Клаус Рейгель и другие революционеры, связанные с Рихардом Винтером были уверены, что молодого человека нет в Ивельдорфе. По легенде в одном из пригородов столицы у него сильно заболела матушка, из-за чего Рихард был вынужден спешно ехать к ней. Никто не знал, сколько это займет времени. Фред не рассчитывал появляться в ИРП до тех пор, пока не решит все проблемы в Белой Крепости, но проблем оказалось слишком много.
Грубые сапоги начинали натирать ноги, но Фред едва ли это замечал. Он дышал полной грудью и никак не мог надышаться утренним влажноватым ветром, что дул в лицо. За пределами стен Белой Крепости воздух был свежее, слаще. Свободнее. Фреду предстоял неблизкий путь до железнодорожной станции в Нижнем городе. Пешком он как раз успевал к концу ночной смены.
Начал накрапывать дождь, когда в восьмом часу Фред наконец оказался около станции.
- Стой, куда прешь! - проворчал голос из будки сторожа.
- Мне нужен Артур Мюллер. Механиком здесь служит.
Сторож молча махнул рукой в сторону депо.
Закопченный угольной пылью ангар встретил Фреда запахом машинного масла и железа. Несколько грязных с ног до головы людей возились вокруг обездвиженного локомотива. Один из них – коренастый, широкоплечий, сплошь в мазуте, вылез из-под машины, потянулся, от чего захрустели затекшие от работы суставы, и вытер лицо грязным полотенцем. В следующий миг его глаза замерли на Фреде.
- Ты зачем здесь?
- Разговор есть. Серьезный.
- Обожди снаружи. Сейчас выйду.
Фред поднял воротник шинели и остался стоять у входа, глядя вдаль, на дождь. Через пару минут сзади послышались шаги. Попрощавшись с рабочими, Артур Мюллер натянул на плечи потертый пиджак и вышел к Фреду. Молча, они отошли от станции подальше, так, чтобы дождь своим шумом скрыл их слова от чужих ушей. Только теперь Мюллер улыбнулся и пожал руку своего гостя.
- Быстро ж ты вернулся, студент.
- Вынудили. Мне пришла от одного приятеля записка. Тревожного содержания.
- Что за приятель?
- Очень полезный приятель – часовой из Белой Крепости.
Мюллер присвистнул.
- Мне б таких приятелей! И что пишет?
- У кровопийц наших бал проходил. Доподлинно известно, что на этом балу некий Гюнтервальд, служащий в Королевской Гвардии, пытался склонить принца к дворцовому перевороту.
- Чего? - Мюллер говорил тихо и безэмоционально, однако новость его не на шутку озаботила, - С чего это он взял?
- Не знаю, слышал, наверно. Я передаю тебе содержание записки и только.
- Ну и зачем?
- Как зачем? Ты – комиссар, руководитель боевой группы. К тому же, ты с товарищем Келлером знаком.
- И ты думаешь, я прямо сейчас пойду доносить товарищу Келлеру какие-то сплетни? Может еще на баррикады из-за твоих сплетен полезем?
Фред остановился.
- Это не сплетни! - возмущенно воскликнул он, но тут же опомнился и понизил голос до громкого шепота, - Как ты не понимаешь, это очень опасно. Принц дядьку своего терпеть не может. А если он согласится? Или уже согласился? Да даже если и отказался, не суть. Факт в том, что подобные предложения просто так не делаются. В Королевской Гвардии существует некая группа, желающая низвержения короля. Это люди, отлично обученные военному делу. Они умнее нас, а что самое главное – располагают огромными ресурсами в деньгах и солдатах. Ты понимаешь, что завтра утром мы можем проснуться в совсем другой стране, где наша деятельность станет невозможна?