На дворе был 1840 год. Краун не опустил рук. Он переехал в Эккельбург – это такой пригород на западе столицы, и начал то, о чем давно уже мечтал, но не имел достаточно времени – начал писать книгу. Свой труд он назвал «Правда». Это небольшое философское и историческое рассуждение о том, почему все люди равны, что из себя представляет человеческое общество и почему государство и церковь – лишь помехи на пути его развития.
В 1841 году книга вышла в свет и, всколыхнула общество, как землетрясение. Многие образованные люди оказались под впечатлением. Конечно же, никакую цензуру «Правда» не прошла. Было приказано уничтожить все уже отпечатанные экземпляры. (Какова ирония! – Запретить «Правду»! Хорошее все-таки название.) Последователи Крауна переписывали текст от руки, вшивали книгу в обложки с другим названием – чего только не выдумывали, но Правда жила и до сих пор ее можно найти, если знать, где искать, потому что Правду не задушишь! Крауна вызывали на допросы, угрожали и запугивали. Он все терпел. Одного он боялся – новой ссылки. Уехать из Эккельбурга для него стало равнозначно смерти, ведь в этом городе он кое-с-кем познакомился.
По соседству с Крауном жил банкир по фамилии Венгер – человек немолодой, но молодящийся. У Венгера, как это обычно бывает – юная красавица-жена, Грета: общительная и яркая женщина, душа местного общества. В доме Венгера собиралось нечто вроде прогрессивного кружка из эккельбургских интеллигентов, в который скоро стал вхож и Краун. Он быстро заразил новых знакомых своими идеями. В этот период Краун был особенно плодовит на разные статьи, эссе и очерки, а все потому, что отыскал свою музу – Грету Венгер. С друзьями-журналистами он начал издавать подпольную газету – сперва только для членов кружка, а потом и для более широкой эккельбургской публики.
Это было полнейшим безрассудством, однако Краун никогда не умел останавливаться, не умел бояться. Все еще находясь под следствием из-за «Правды», он начал новую книгу – намного более опасную и масштабную. Он назвал ее «Новый мир». Если «Правду» можно назвать довольно пространной работой, общей в своих формулировках, то «Новый мир» - четкий и бескомпромиссный. Краун открыто заявил – «Я – социалист, я – революционер!». На пятистах страницах он подробно изложил, как следует провести революцию в Иовелии, как подготовить к ней народ и к чему стремиться потом.
Работа над такой книгой – долгий и тяжелый путь. Краун трудился над «Новым миром» днями и ночами, будто чувствовал, что времени осталось мало. Возлюбленная Грета помогала ему и тоже приложила руку к написанию трактата. Она стала любовницей Крауна, о чем очень скоро догадался господин Венгер. И хотя он поддерживал идеи Крауна и восхищался его талантом, ревность оказалась сильнее. Венгер донес на Крауна в полицию, а в качестве доказательства предъявил подпольную газету, которую сам же и спонсировал.
Почти все члены подпольного кружка попали под следствие. Сам Венгер лишился своего высокого поста, но сильнее всех пострадал, конечно, Краун. Его судили и приговорили к десяти годам каторги на Видерморе – это алмазные рудники на самом севере, где продолжительность жизни заключенных составляет два-три года. Жизнь жестоко подшутила над Крауном – писать о свержении королей, чтобы погибнуть из-за любви к чужой жене!
Однако любовь того стоила. Грета ушла от мужа и уехала в Ивельдорф. Она продолжала распространять труды возлюбленного. Она нашла подпольное издание в Ивельдорфе, которое с радостью печатало отрывки из незаконченного «Нового мира». Когда до Греты добралась столичная полиция, она не стала дожидаться, когда ее осудят, и по собственному волеизъявлению поехала на поселение на Видермор, к своему любимому.
Краун умер от работы и болезней в 1843 году, Грета еще через два года – в 1845.
Фред замолчал. Всякий раз, когда он вспоминал эту историю, она болезненно касалась его души, будто впервые. Он сел и выпрямился так, что лицо его оказалось в паре сантиметров от лица Анны, так, что он чувствовал ее дыхание на своих губах.