Шарлотта крепче сцепила руки на груди.
— Вы ведь почти не знакомы с мистером Ануином.
— Достаточно знаком, чтобы понять, что он нестерпимо скучен.
Шарлотта снова промолчала. Она чувствовала, как все ее существо возмущается словами Вивиана и душа преисполнялась презрения к мужу.
Вивиан продолжал:
— Мне хотелось бы узнать всю историю, стоящую за этим напыщенным педантом из Энгсби. Его волосы и кожа темные, как у испанца.
— Может, в нем и есть испанская кровь. Ведь он, как и я сама, приемный сын.
Вивиан громко, омерзительно зевнул и всплеснул руками.
— Будь проклята эта нога! — процедил он сквозь зубы. — Кастлби утверждает, что пройдет еще недель пять, прежде чем я смогу избавиться от этих чертовых костылей. Но когда я избавлюсь от них… — Он расхохотался и посмотрел на Шарлотту так, что она тут же покраснела от стыда, ибо взгляд его был совершенно непристоен.
— Может, я пойду? — сказала она. — За ночь я очень устала, и мне хотелось бы немного отдохнуть.
— Конечно, засиделись допоздна, выслушивая политические словоизвержения из уст приемного братца Сесила, — выпалил Вивиан. — Ох уж этот выскочка!
— Он не выскочка, — решительно возразила Шарлотта. — Не только рождение и воспитание важны для настоящего мужчины, Вивиан. Неважно, какого происхождения Доминик — по своему характеру и манерам он истинный джентльмен.
— Вот как? — манерно протянул Вивиан и, прикрыв один глаз, внимательно посмотрел на Шарлотту. — Как красноречиво вы говорите о нашем члене Парламента! Неужели он сумел затронуть какую-то романтическую струну в вашем сердце, дорогая?
Она почувствовала, как кровь бросилась к щекам и снова схлынула. Изо всех сил стараясь взять себя в руки, чтобы не задрожать, Шарлотта проговорила:
— Пожалуйста, Вивиан, может, я пойду? Раз вы так изменились и стали столь неучтивы со мной, то я предпочла бы удалиться.
Шарлотта резко повернулась, собираясь выйти из опочивальни, но он закричал ей в спину так пронзительно и грубо, что она невольно обернулась, опасаясь, что этот дикий крик услышат слуги.
— Вивиан, прошу вас, не кричите.
— Я не позволю вам разговаривать со мной так дерзко! — рявкнул он. — Из-за этой проклятой ноги и вашего ребенка вы слишком долго пребываете без меня. А по-моему, именно сейчас вы должны продемонстрировать по отношению ко мне хоть немного любви и внимания. Вы слышите? Подойдите ко мне…
Каждая капелька крови вскипела в теле Шарлотты, ибо она поняла, что стоит за этими ядовитыми словами и гнусным настроением мужа. Она весьма неохотно приблизилась к его постели, сморщив нос от отвращения. Ей страстно захотелось раздвинуть тяжелые занавеси на окнах и впустить свежего, напоенного весной апрельского воздуха в эту душную комнату. Она сказала:
— Ради всего святого, Вивиан, давайте не начинать снова так. Умоляю, вернитесь к себе такому, каким вы были еще совсем недавно. Когда вы относились ко мне должным образом, как и следует относиться к своей жене.
Он рассмеялся и схватил ее, крепко прижав к себе.
— Вот сейчас перед вами нахожусь истинный я! Как вы приятно пахнете. Ах вы, маленькая лицемерка! Давай-ка снова познаем страсть и огонь, которые привели к появлению нашей дочурки. Не надо больше напускной скромности, леди Чейс. Вы станете более привлекательной, когда на вас будет меньше одежды.
Умоляя оставить ее в покое, Шарлотта закрыла глаза. Он рванул на ней лилейно-белое платье, обнажив ее прекрасные плечи. И тут на постель выпала визитная карточка Доминика. У Шарлотты не было времени поднять ее, ибо пальцы Вивиана, словно клещи, вцепились в карточку. Он поднес ее к свету, нахмурился, а затем стал долго и дико хохотать. От этого гомерического хохота все похолодело внутри Шарлотты. Она задрожала с ног до головы.
— Ах вот оно что! Пре-е-кра-а-асно! — протянул Вивиан. — Мистер Доминик, член Парламента. Олбани. Первое крыло. Ваш новый герой! Как это занятно! Ха-ха-ха!
Она была потрясена.
— Мистер Ануин просто подумал, что если… если мы когда-нибудь приедем на Итон-Сквер… то, может быть, нам понадобится его адрес, — запинаясь, проговорила Шарлотта.
Вивиан разорвал визитную карточку на мелкие кусочки и разбросал их по кровати.
— Вот чего стоит адрес Доминика Ануина! Вот так-то вот! Я никогда не пожелаю посетить этого джентльмена, равно как и водить с ним дружбу, чего требую и от своей жены! В любом случае приемный братец Сесила уже довольно зрелого возраста. Пусть подыскивает себе компанию женщин постарше вас. А если он позволит себе поухаживать за моей красавицей супругой, то ему скоро придется забыть об этом намерении.