Из родовых легенд мне было известно, что женщины нашего рода влюбляются раз и на всю жизнь. И всегда боялась влюбиться неосторожно. И вот. Чего боялась, то и получила. Однажды, прогуливаясь по примыкающему к территории поместья лесу, я добрела до озера. Вода была прозрачной и источала живительную прохладу в жаркий летний вечер. Я уже хотела устроиться на берегу, как услышала едва уловимые шорохи где-то высоко над головой. А потом почувствовала неуемную тревогу. Вот сбеги я тогда, исчезни, не было бы ничего. Но нет. Я спряталась в густых зарослях высокой травы и прибрежной ветлы. Затаилась. И стала ждать.
Ждать пришлось не долго. В скором времени на берег приземлился огромный дракон. Он поплескался в озере, нарушив его блаженную гладь. И тут же обратился в человеческое тело. Вот тогда-то я и пропала. Оторвать взгляд я не могла. Когда Диаманд скинул набедренную повязку и собрался входить в озеро для омовения, мое сердце остановилось. А потом пустилось в новый, совершенно невероятный скач. И с тех пор не может успокоится. А если верить легендам нашего рода, то уже и не вернется к привычному и мирному стуку в груди.
- Это ты! – услышала я визгливый голос подруги, и от неожиданности подпрыгнула. Вот неугомонная.
- Что я? – обратилась к ней, возвращаясь из воспоминаний в суровую реальность.
- Это ты устроила все это! Украла знамена, подбросила платок. Не лес ты сажала, а летала в земли Вейсмейстеров, воровать платок. Зачем тебе столько земли? Тем более такой? Разве ты не знаешь, что Ротерздан разорил её. Земли истощены, люди измотаны и обессилены. Это не приобретение, а нагрузка. – визжала моя куколка.
- Эсвейхей, - зарычала на нее я.
- Нет, ну правда! – потупила глазки подружка.
- Ай, надоела, иди к своим кухаркам, и сама придумай зачем мне это нужно! – разозлилась я.
- Ну, Дарая! – законючила Эсвейхей.
- Все просто, - отмахнулась я и подошла к окну, - быть женой владыки двух земель куда почетнее, чем одной.
В комнате повисло молчание, а потом за спиной послышался тихий стук деревянных ножек моей подружки. Дверь скрипнула и замолчала. Я неотрывно смотрела на замок и думала, что куда перспективнее любить живого дракона, чем оплакивать мертвого. Из того воинского кольца-западни Диаманд не вырвался бы. Ротерздан был хитер, беспринципен и алчен, выпускать Диаманда в его планы не входило.
Глаза драконьего замка стали засыпать, подмигивая едва заметным светом редких окон. Обхватила себя руками, чтобы унять глухую тоску, что изводила меня каждый вечер.
- Когда же ты придешь приклониться предо мной под своими знаменами? – тихо проговорила я, не отворачиваясь от окна.
И тут опять тихо скрипнула дверь…
Конец