— Дорогая моя, тебе немало пришлось выстрадать! Ведь ты не знала, останусь ли я жив.
— Да, это было тяжело.
— Но я выжил, любимая. — Он положил левую ладонь ей на грудь.
Она ахнула и ударила его по руке. Боль пронзила его, и он застонал. Она вскочила и, сердито глядя на него, воскликнула:
— Да как ты смеешь!
Он подождал, пока боль утихнет, и спросил:
— В чем дело?
— Ты не имеешь никакого права лапать меня!
— То есть как? — Он нахмурился. — Любимая, я же твой муж.
— О-о, — только и могла вымолвить она, прикусив губу. — Я хотела сказать, что ты должен себя поберечь. Я не позволю тебе так рисковать здоровьем.
Он вжал голову глубже в подушку. Боль сжимала виски словно тисками. Да, сейчас он вряд ли справится с этой особой. На некоторое время придется отложить сражение.
— Что с моей рукой?
— Доктор пустил тебе вчера кровь.
Он с шумом выдохнул. Не раз и не два ему приходилось видеть, как пиявка высасывает жизнь из человека. Больше он не подпустит к себе ни одного из этих коновалов с ланцетом и тазиком.
— Тебе следует отдохнуть.
— Скажи мне только, как меня зовут.
— А-а. — Она поиграла ленточкой на поясе своего муслинового платья. — Шеридан. Шеридан Блейк.
— Шеридан Блейк. — Он помолчал. — Впервые слышу это имя. Странно.
Она пожала плечами.
— Действительно странно.
Он провел ладонью по нывшему сгибу локтя, пострадавшему от ланцета.
— Прости меня, любимая, но я не помню, как тебя зовут.
— Эмили. Эмили Мейтленд.
— Ты хотела сказать — Эмили Мейтленд Блейк?
— Ну да, конечно. Извини. Мы не так давно женаты.
— Не так давно?
— Еще нет и двух месяцев. Но ты совсем недавно приехал в дом моего отца. После того как уволился из армии.
— Хочешь сказать, что мы еще не привыкли друг к другу?
— Пожалуй, что так.
Улыбка заиграла на его губах, когда он подумал о том, как они будут привыкать.
— Пойду посмотрю, что это доктор Чизон так долго не идет.
— Скорее возвращайся, любимая. — Он приложил руку к сердцу. — Я буду скучать без тебя.
Она испуганно посмотрела на него, словно он был огнедышащим драконом, готовым ее испепелить, и побежала к двери.
Он едва сдержал смех, глядя ей вслед. Он отобьет у этой чертовки охоту играть с ним в игры, преподаст ей хороший урок.
Глава 15
— Я правильно тебя поняла? — Леди Харриет опустилась в бледно-желтое кресло возле камина. Они были в гостиной, смежной с ее спальней. — Он верит в то, что он Шеридан Блейк?
— Он не мог вспомнить своего имени, когда очнулся. — Эмили прошлась по гостиной и остановилась у камина. — Ну я и сказала ему, что он — Шеридан Блейк. Ничего лучшего не придумала.
— И теперь молодой человек, который выдавал себя за твоего мужа, поверил в то, что он и в самом деле твой муж?
Эмили потерла пальцами ноющие виски.
— Да.
— Мне бы пора перестать удивляться после всего, что произошло за последние недели.
— Я подумала, что так будет лучше. По крайней мере теперь, считая себя Шериданом Блейком, он не так опасен.
— Доктор Чизон вряд ли согласился бы с этим утверждением. — Леди Харриет покачала головой. — Сомневаюсь, что доктор рискнет еще раз приблизиться с ланцетом к этому молодому человеку.
— Честно говоря, я не виню негодяя за то, что он пригрозил отделать самого Чизона одним из этих его жутких ножичков. — Эмили снова прошлась по комнате и остановилась у окна. — Мне бы тоже не слишком понравилось, если бы я, очнувшись после длительного забытья и страдая от боли, вдруг обнаружила бы рядом хирурга, который собрался выпустить из меня еще немного крови.
— Хирурги и в наши дни действуют в основном наобум. — Леди Харриет помолчала. — Хотелось бы знать, что ты теперь намерена делать?
Эмили уставилась в окно. Вдали виднелся замок Рейвенвуд, его каменные стены поднимались темным призраком над холмами, покрытыми зеленой пышной травой.
— То, что собиралась сделать в тот вечер.
— Неужели ты отдашь его в руки вербовщиков?
Эмили зябко поежилась, хотя в окно дул теплый летний ветер, принося с собой аромат роз.
— Он не оставил мне выбора.
— Этот молодой человек едва не погиб от твоей руки.
— Знаю. — Ворон взмыл в воздух из рощицы, примыкавшей к дальнему краю розового сада. Эмили смотрела, как птица поднимается все выше, расправив черные крылья, сверкающие на солнце. — Только дождусь, когда он окончательно выздоровеет.