Я посмотрела на Апфеля как можно суровее, потому что смотреть на Чичу было совершенно бесполезно. Впрочем, Чича не отличался разговорчивостью с кем попало и сплетни не разносил. Насчёт Апфеля мы пока такого сказать не могли.
— Дело не в том, как я это сделала! — неожиданно рявкнула Наперстянка, а я от неё на всякий случай отодвинулась. Мало ли, у эльфов бывает бешенство или драконья горячка! Мы ведь так преступно мало знаем про эльфов! — Дело в том, что ты ввела меня в заблуждение! Я была уверена, что Даррен богат, знатен и при дворе!
Чича уже смеялся в голос, ничуть не смущаясь моих злобных взглядов.
— Ну, он знатен, — я поняла, что отвечать всё равно придётся, хотя возмущение Наперстянки выглядело так, словно она бредила. — Он был бы при дворе, если бы был женат на мне. Что до богатства… да, всё состояние их семьи получает Бриен, так заковыристо у них придумано.
— Но это обман! — возмутилась Наперстянка. — Я не хочу торчать в университете, это даже хуже, чем на границе с ледяной пустыней!
— Ничем не хочу помочь, — буркнула я и посмотрела в окошко. Скоро там вообще этот лес? Мне хотелось поскорее отделаться от Наперстянки.
— Но ты должна! — возмутилась та, отчего моя злость сделалась почти осязаемой. В закрытой повозке заметно похолодало. Чича перестал смеяться, а Апфель просто сделал вид, что умер. Очень удобно, когда никто не видит твоего лица, надо запомнить, вдруг пригодится!
— Ты можешь стать его любовницей, — продолжала Наперстянка, не замечая того, как холодает. Я-то видела, что под низкой крышей повозки собираются тучи, но эльфийка ничего не замечала. — Ты ведь всё равно не можешь выйти замуж, я помню, как ты прокляла сама себя. В результате мы с Дарреном будем во дворце, а там…
— Ты забываешься, — злость охватила меня всю. — Ты определённо забыла, с кем разговариваешь, эльфийка.
Порыв ветра прибил болтунью к стенке, и она с клацаньем закрыла рот. Глаза её забегали.
— Ну, ты королева, — зачастила она. — Но королевам можно иметь любовников, я читала. Разводиться в Калегосии нельзя, но любовников заводить можно!
Мне стало так противно, что я отвернулась. Неудивительно, что родители Викуэля отравили Софи. Если вот это — его любимая сестра, то я не хочу знать, каковы не любимые.
— Выбросить её из повозки, моя королева? — спросил Чича.
— Эй, это, вообще-то, мои слова, я должен защищать королеву! — неожиданно для нас всех очнулся Апфель.
— Успокойтесь оба, — повысила я голос. — Я могу выкинуть хоть вас всех разом!
Небольшая молния громыхнула над нами. Она была крошечная для молнии, но для повозки она была перебором. Обладатель металлической головы Апфель снова замер словно мёртвый и правильно. Молния вам не заклинание — долбанёт так, что потом мозги будет от внутренней стороны головы отскребать. И уж точно никто из них не ожидал грозы зимой. Отвыкли, что это не зависит от времени года.
— Я не только королева, — продолжила я неприятно мягким голосом. — Я ведьма. Я медиум. И самое главное. Я Иссабелия, бывшая Астаросской. Я выросла в инквизиторском государстве. Клеопатра Варханке — моя бабушка. Ясно тебе, эльфийка?
Видимо, голос и впрямь получился неприятным, потому что Наперстянка позеленела, что с красными волосами выглядело просто ужасающе, и чудом не упала в обморок. Но по сидению она всё же сползла.
— Переведу на тебе понятный язык, — перехватил бразды выступления Чича. — Королева не нуждается в подачках, и вам обоим следует благодарить небо, что она вас не казнила. А уж лезть со своими претензиями — с этим обратись к папаше. Заодно разузнай, чем он отправил или проклял подругу королевы. Авось и удержишь голову на плечах.
Ну, конечно же! Я с восхищением уставилась на вампира. Какая я идиотка. Наперстянку нужно напугать и использовать, чтобы узнать, что и кто из эльфов сотворил такое! Пообещать ей… я не знаю, золота? Место при дворе для Даррена? Ради Софи я могла и не такое!
— Судя по твоему лицу, ты хочешь меня расцеловать, — скромно заметил Чича. — Ты не стесняйся, я только за!
— Облезешь, — буркнула я, раздосадованная тем, что мой порыв оказался замечен.
— Ну не при всех, так не при всех, — притворно покорно согласился Чича.
Но мне было уже не до него.
— Мы сейчас отправляемся ловить дикую ведьму, — пояснила я Наперстянке. — А потом мне нужно узнать, кто из твоих родичей навредил Софи. И смерть тебе покажется избавлением, если ты к этому причастна, но молчишь!