Только что! Буквально только что всё было хорошо, я была на свадьбе лучшей подруги, и она блистала в моём изумительном платье, а Викуэль выглядел таким счастливым, что многие мужчины начали поглядывать на девушек. Немного смущало, что все были в чёрном, но девушкам чёрное идёт, так что всё нормально.
И вот я уже еду куда-то, упакованная по рукам и ногам и с кляпом во рту, запелёнутая в какой-то мешок или ковёр. И я прямо чувствовала, что впереди меня ждёт заранее подготовленный гроб. Когда вокруг слишком много гробов, надо понимать, что ничем добрым это не кончится!
И всё, что мне оставалось, так это размышлять, в какой момент всё пошло не так и я оказалась здесь.
Начиналось всё хорошо. Когда Софи очнулась, мы решили не откладывать больше свадьбу. Честно говоря, я опасалась, что сейчас у нас начнутся похороны погибших на похоронах, потом снова что-то случится в университете, выкинут что-то родители Софи или другие оппозиционеры, и моя подруга состарится раньше, чем они с Викуэлем поженятся.
А мне так страшно хотелось, чтобы эта свадьба состоялась! Словно у меня самой появлялся крошечный шанс и самой стать счастливой. Куча блюд на похороны всё равно была готова, не хватало только великолепного свадебного пирога, но с этим повара справились. А так все очень нарядные, просто в чёрном. Стильная свадьба, на которой Софи блистала!
Ещё и Свирхтуэлиэн с супругой подсуетились и добыли где-то дерево, которое воткнули посреди тронного зала и вырастили до такого состояния, что оно упёрлось в потолок немаленького тронного зала, ветви вытянулись до стен, и дерево зацвело красивыми изящными белыми цветами, от которых шёл тонкий, но приятный аромат.
Наверное, проблемы начались отсюда. Пока Софи была лишена дара речи после поведения без пяти родственников, и это после поцелуя Чичи и рассказа о том, что сотворили её собственные родители, меня отозвал в сторону Бриен.
Если честно, я ждала другого. Снова Даррена с его больным взглядом. Арриену. Софи — могла ведь она вспомнить обо мне? Клементину, наконец. Или любую из мам.
Но первым подошёл именно Бриен.
— Давай поговорим наедине, — бесхитростно произнёс он и повернулся к Чиче. — Верну её в целости и сохранности.
Он не спрашивал, он сообщал, и Чича тоже это понял.
— Я на это очень рассчитываю, — процедил он сквозь зубы и отвернулся.
Когда мы отошли в сторону, я увидела, что к Чиче подошёл Тонгба, и совсем успокоилась. У вампира-идеалиста были какие-то тёмные делишки с моим отцом на границах с Искуэртом, но сейчас я не желала об этом ничего знать. Пусть этим занимается Чича, он же тоже заинтересован в порядке между нашими государствами!
И я повернулась к Бриену, желая знать, что ему нужно. Он хочет свадьбу с Клементиной провести так же грандиозно в тронном зале дворца? Что же, я буду не против. Или заявит, что они всё ещё перенесли свадьбу? Кстати, я так и не поняла почему!
— Ты теперь вернёшься к Даррену? — спросил Бриен, не собираясь ходить вокруг и около. Уставился на моё ошарашенное лицо и пояснил:
— Наперстянка умерла. Он не любил её и так, но сейчас она умерла, и он снова свободен.
— Не понимаю, как это связано со мной, — я и впрямь не понимала. — Наперстянка ведь и при жизни пыталась отдать мне Даррена, когда обнаружила, что он вовсе не богатый наследник.
Да только за время его короткого брака я обнаружила, что мне не нравится, что Даррен сцеживает яд мне на макушку. Сначала мне это казалось перчинкой, таким вот некромантским флиртом, но потом я поняла, что не потяну это.
Всё это я попыталась растолковать Бриену. Он же не виноват, что его брат такой! Как не виноват, что я ошиблась.
— Я королева, понимаешь? — спросила я. — Это какая-то немыслимая куча работы и скука одновременно. Не знаю, как это выходит, но это очень сложно. И мне нужен парень, который поддержит меня в этом, к которому я буду приходить за поддержкой, а не очередной порцией яда.
Бриен молчал.
— Будь я той, кем я собиралась быть, — продолжила я говорить. — Некроманткой из приграничья, где в болотах можно поднимать утопцев и отправлять на кладбище, то я бы отнеслась к этому проще. Полагаю, что просто живой человек, разговаривающий со мной на человеческом языке, ценился бы сам по себе. Но что вышло, то вышло.
Я уставилась на спускающиеся с потолка ветви с прекрасными цветами и сделала вид, что рассматриваю эти ажурные лепестки. Не говорить же Бриену, что его брат умудрился пару раз только на моих глазах изменить своей эльфийке! А ведь Наперстянка была куда симпатичнее меня!