Её черты неожиданно окаменели, как будто она слишком засмотрелась на горгону и обратилась в камень.
— О, ты обязательно получишь своё удовольствие.
— Этого не достаточно. Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо.
— Как я уже сказала, сейчас не моя очередь, не так ли?
Он не должен был говорить ей правду. Никогда не должен был говорить ей того, что сказал.
— Уверяю тебя, мне будет намного приятней, если я буду знать, что ты тоже этим наслаждаешься, — взмолился Шивон.
— Когда-то и я так думала.
Алиса лишила его возможности сказать ещё хоть слово. Её нежный ротик снова накрыл член мужчины. Она вобрала его весь и начала сосать. Горячий язычок то и дело пробегал неторопливыми скользящими движениями вокруг набухшей головки. Шивон пытался сопротивляться этим опьяняющим ощущениям, хотел, чтобы сначала она достигла разрядки.
— Позволь мне полизать тебя. Между твоих ножек, — прохрипел нимф. — Так хочу… попробовать тебя… там.
Она двигалась плавными движениями вверх и вниз по его плоти, игнорируя звучавшие мольбы. Её пальцы, вонзившиеся в бёдра нимфа, ослабили хватку, и запорхали вокруг его яичек. Тело мужчины напряглось, будучи уже практически на грани. Сила разливалась в его крови, неудержимая, неумолимая. Он никогда и ничего не хотел с такой безумной силой, как эту женщину, и мысль о том, что он оставит её неудовлетворённой, не давала ему покоя.
— Алиса. Пожалуйста, — стонал он.
В ответ она только ускорила движения, тем самым накалив его страсть до предела. И эта страсть поглотила его. Шивон зарычал громко и протяжно и с силой задвигал бёдрами, врываясь членом глубоко в горло девушки. Он больше не мог контролировать своё тело, не мог удержать эти движения, не мог оттянуть мгновенье разрядки.
— Пей из меня, — прохрипел он. — Возьми мою кровь.
— Я уже это сделала, — ответила она, оторвавшись на мгновенье.
— Сделай это снова. Позволь мне хоть как-то насытить тебя.
— Нет!
Обжигающий кончик её языка безжалостно дразнил головку его члена, и Шивон окончательно потерял контроль. Его мышцы сжались, и он сокрушительно кончил.
«Какое наслаждение… о, боги… какое наслаждение». Более интенсивное, чем он когда-либо переживал. Он даже не мог говорить, а лишь, задыхаясь, ловил ртом воздух, стонал и хрипел, как загнанное животное.
Когда он в следующий раз окажется внутри этой женщины, то может этого просто не пережить, такое она подарила ему наслаждение. Нимф едва не улыбнулся при этой мысли. Пока его тело продолжало содрогаться, постепенно успокаиваясь, — это бешеное биение сердца когда-нибудь замедлится? — Алиса выпрямилась и отпрянула от него. Она поправила платье, скрыв свои прекрасные соски от его взора. Девушка раскраснелась и так же, как он, задыхалась.
— Вот теперь ты не сможешь отрицать, что достиг разрядки со мной.
— Алиса, — позвал Шивон.
Она быстро наклонилась к его запястьям, дёрнула, и цепи пали. То же самое она проделала и с его лодыжками.
Освободившись, нимф сел и потянулся к ней, желая заключить в свои объятья. Он чувствовал сладкий запах её возбуждения, должен был утолить его, сейчас же… и всегда. Но она попятилась от него, отрицательно тряся головой.
— Иди сюда, Алиса, — он мягким движением руки поманил её к себе. — Пожалуйста.
— Возвращайся домой. Расскажи своему королю, что я сделала. Посылайте хоть всю нимфийскую армию, чтобы убить меня. Мне всё равно, — ответила девушка ледяным тоном.
— Это только между нами. И никого больше не касается. Я никуда без тебя не пойду, — возразил Шивон и поднялся на дрожащие ноги. Боги, где же его сила? Он должен был быть переполнен ею. Однако, всё, что ему хотелось сделать, это обессилено прилечь рядом с этой прекрасной женщиной.
— Очень хорошо, — сказала она, мрачно изучая его. Вампир стояла на фоне зазубренных стен пещеры, которые поразительным контрастом оттеняли её хрупкую красоту. — Тогда уйду я. Что ж, прощай.
Нимф нахмурился.
— Нет, что значит, прощай. Постой…
Но Алиса уже исчезла.
Рёв вырвался из горла Шивона, и он бросился за ней вон из пещеры. Когда глаза привыкли к свету, нимф обнаружил, что находится в Драконьем Лесу в окружении исполинских деревьев. Вот только Алисы нигде не было видно.
Она пропала, как будто её и не бывало.
Глава 16
Брэнд поднял Нолу на руки и понёс подальше от пляжа. Амазонка истекала кровью, но отказалась принять его помощь на глазах у всех. Одна из акул посчитала, что её изящная ножка сойдёт за неплохую закуску, и цапнула девушку за икру. Кровь сначала окрасила воду, а теперь заливала песок.
— Я тебя держу, — заверил её дракон.
Амазонка отрицательно замотала головой, хотя была бледной, как полотно.
Оборотень только крепче сжал её в объятьях.
— Не шевелись, женщина.
— Поставь меня на ноги. Я должна найти Делайлу.
У них за спиной творилось сущее безумие, но Брэнд не боялся за подругу Нолы. Несмотря на то, что именно Тагарт затеял всю эту заваруху — никто не мог устроить больших разрушений и более кровавой бойни, чем выведенный из себя оборотень-дракон — со второй амазонкой всё должно было быть в порядке. Брэнд видел, как Лайел смотрел на Делайлу, как нежно он держал воительницу на руках, и какое выражение при этом было у него на лице — смесь муки и наслаждения. Вампир нырнул за ней, чтобы уберечь от акул и дракона. Лайел, без сомнений, обеспечит амазонке безопасность.
Царь вампиров никогда не нравился Брэнду. Сколько он себя помнил, их племена были в состоянии войны и нападали друг на друга при первой возможности. Хотя несколько раз Лайел отступал, добровольно принимая поражение. И каждый раз, когда он поступал таким образом, он делал это во имя любви. Теперь отступить собирался Брэнд. Во имя любви.
— Вампир о ней позаботится, — уверил он Нолу.
— Они враги, — возразила девушка.
Дракон отметил про себя, что Ноле не понадобилось уточнять, кого именно из вампиров он имел в виду.
— Как и мы с тобой, — напомнил он ей. — Твои сородичи напали на моих прямо перед тем, как нас отправили на этот остров. Я не забыл об этом.
— Вот ещё одна причина поставить меня на ноги, — буркнула Нола, но перестала вырываться и позволила ему унести себя под покров деревьев, подальше от всех остальных, оставшихся на пляже. — С моими врагами случаются плохие вещи.
— А ты, значит, не хочешь, чтобы со мной случилось что-нибудь плохое? — поддразнил её оборотень.
— Нет, конечно, хочу. Но… Я…
Брэнд от души рассмеялся.
— Ничего, я рискну. Ладно?
Когда Брэнд решил, что они достаточно углубились в лес, чтобы скрыться от любопытных глаз, то опустил девушку на землю и, взяв в руки её ногу, принялся изучать повреждения. В нескольких местах плоть была изорвана, и глубоко в мышце торчал вонзившийся и сломанный акулий зуб.
— Будет больно, — предупредил дракон.
— Что?
Не дав ей времени опомниться, он ухватил и выдернул длинный белый зуб из растерзанной икры.
— Должно быть, болит ужасно, — посочувствовал он, хотя Нола даже не охнула, когда он запустил свои пальцы ей в рану.
— Бывало и хуже, — ответила девушка абсолютно искренне.
— Я не стану хуже о тебе думать, если ты поплачешь.
Она лишь фыркнула в ответ на такое предложение.
— И почему, когда женщина ранена, мужчины всегда так себя ведут?
— Как так?
Брэнду на самом деле доводилось видать ранения и похуже. Однако вид этих ран на ноге юной воительницы заставлял его живот скручиваться до тошноты. Казалось, что была видна даже кость.
— Так покровительственно! Когда мы с сёстрами сражались с вами, ваши мужчины скорее отмахивались от нас, чем по-настоящему принимали бой.
Дракон взглянул в лицо амазонке, и ему захотелось улыбнуться. Она напомнила ему сестру, которую он давным-давно потерял из-за людей. Она так же смущалась, так же сердилась на него. На самом деле, Нола вполне могла бы сойти за её близнеца. Такие же бирюзовые глаза и дерзкий носик, такие же упрямые скулы и золотистая кожа.