- Это будет тяжело... - тихо пробормотала себе под нос Крис.
***
Василиса сидела на лавочки, подтянув коленки к подбородку, хмурясь, выводя прутиком что-то на земле. Руслан подошел со спины и, подхватив ее на руки, закружил. Остановился, когда ожидаемого смеха не последовало, осторожно поставил на землю. Малышка, не говоря ни слова, поправила на этот раз сиреневое платьице и вернулась на то же самое место, с которого её сдернул Руслан, принялась снова выводить закорючки. Даже не взглянула на парня.
Рысь обеспокоено сел перед девочкой, пытаясь заглянуть в глаза.
- Василёк... - тихо позвал он её. Малышка еще сильнее нахмурилась и практически зарылась носом в коленки. - Василиса? - он попытался аккуратно подцепить ее подбородок пальцами и заставить посмотреть на него, но девочка дернулась, отворачивая лицо. - Васенька, что-то случилось? - нежно спросил Руслан. - Тебя кто-то обидел? Расскажи папе, и я разберусь с обидчиком! Василёк, ну что с тобой?
Девочка мотнула головой и зло посмотрела на Руслана. Тот, наконец, заглянув ей в лицо, с удивлением понял, что она изо всех сил сдерживает слезы.
- НИЧЕГО! - прокричала она срывающимся голосом, кинула прутик под ноги, сорвалась с места, кинулась в лес. Напоследок прокричав ему: - ДУРАК!
Руслан не успел отреагировать на внезапную вспышку малышки. Когда было дернулся побежать следом, Василиса уже скрылась между деревьями. Парень растерянно сел на лавку, запуская пальцы в короткие волосы. "Эти бабы меня доконают! Что Ириска, что Васька! И хоть бы одна сказала, что, мать вашу, случилось!"
Утром Руслан проснулся с чувством, что где-то по-крупному накосячил, но не мог отыскать даже отблеска "задницы" в ближайшем прошлом. Оставался лишь один вариант, та ночь, которую он совершенно не помнит. Но Рысь уже пытался узнать у ребят, что такого он творил тогда. Все как один отвечали, что так напились, что не особо помнят куда ходил и что делал. Только Маша сказала, что вроде бы видела как он и Крис куда-то уходили. "Но Крис говорит, что ничего не случилось, и не смотря на это ведет себя странно. В любом случае все ответы у Ириски, значит надо просто спросить".
***
Руслан был готов выть от бессилия. Две недели!!! Две чертовых, гребанных, бесконечно долгих недели Крис его игнорировала! Эти ее вечные "Привет" и "Всем пока" он, по вполне понятным причинам, не относил на свой счет.
Каждый раз, когда он пытался с ней заговорить, она, какими-то, одной ей ведомыми, путями, это узнавала и отвлекалась песнями, разговорами с друзьями-подружками, так вовремя звонившем телефоном. Но особенно его бесило это ее "Ну, мне пора! Всем пока!" и радостно поскакала к подъезду.
А ведь так хотелось снова просто обнять ее... посмотреть в эти серые, словно хмурое небо, глаза... Может даже сорвать поцелуй с ее губ...
И ПУСТЬ ВЕСЬ ОСТАЛЬНОЙ ГРЕБАННЫЙ МИР КАТИТСЯ К ЧЕРТЯМ!!!
Ну и конечно, немало важно было узнать, что такого произошло той ночью, что теперь Ириска от него шарахается как от чумы.
Но больше всего его беспокоили с каждым днем увеличивающиеся тени под глазами. Конечно, они были не заметны, если не присматриваться. Но он-то присматривался!!!
Мысли об Ане тоже иногда посещали его голову, но он прекрасно понимал, что к этой девушке он не испытывает и сотой доли того, что вызывала из потаенных уголков его души ее сестра. Правда, что-то похожее прорисовывалось после того злополучного падения, но не шло ни в какое сравнение с навязчивой идеей по имени Крис.
Злобная демонесса прочно обосновалась в его голове, прихватив с собой такие важные для каждой девушки вещи как гардероб и косметичка. И судя по всему уже там прописалась. Но парень даже не думал ее оттуда выгонять.
Только сидел не далеко от Крис и сверлил не мигающим взглядом ее затылок. Сегодняшняя попытка заговорить уже была провалена, а на следующую он махнул рукой. Решил просто наслаждаться ее голосом, исполнявшим очередную романтичную песню под гитару. И узнавать ее по мелочам, на которые он бы никогда не обратил внимания в другой ситуации.
У неё в голове не метель, а зима с ураганами
А в вишнёвых губах её прячутся глупости тысячи.
И она для него невозможная, чудная, странная
Но никак её образ в сознании своём он не выключит.
Наклон головы, когда она не совсем верит своему собеседнику. Мечтательный взгляд в небо, когда она решает, чтобы такого спеть на этот раз. Резкие вдохи, когда она нервничает. Или эти искорки, появляющиеся в ее глазах, когда ее что-то смешит или в голову приходит очередная пакость. До боли знакомые искорки, появившиеся во взгляде Ани, после ее возвращения, и так ему полюбившиеся.
И порою ночами уставший, измученный мыслями
Он до боли в глазах изучает её фотографии...
Руслан отвел взгляд от девушки и уткнулся лицом в ладони. "Я становлюсь маньяком! Определенно! Надо с этим завязывать!"
Легко сказать! Он твердил себе это все две недели. Толку было мало, но что ему еще оставалось.
От песни Руслана оторвал звонок телефона. Кинув взгляд на дисплей, он обнаружил, что звонит мама. Нажав прием, поднес телефон к уху.
- Привет, Русланчик! - весело прощебетала мать.
- Здравствуй, мама... - отстраненно ответил Рысь.
- Юрий Федорович сказал, что ты вернулся в город? - "Эх, дед... сдал-таки..."
- Ну, да. - С тоской думая, какая лекция о его беспечности последует сейчас.
- Это так замечательно! - неожиданно обрадовалась его мать, - Это так вовремя! Раз уж ты все равно в городе, не окажешь мне услугу?
- Какую? - настороженно спросил парень. Взгляд вернулся к Крис.
- У меня в городе есть подруга... - Начала мама, но он ее уже не слышал. Вслушивался в слова так "удачно" выбранной Кристиной песни.
Он наивно считает, что сможет со всем этим справиться
Что она как и многие вспыхнет и скоро забудется...
"Раньше может и считал, но теперь я вообще сомневаюсь, что тебя можно забыть..."
А она всё твердит себе, что далеко не красавица
- ...Мне бы хотелось, чтобы ты ее навестил.
По ночам гонит мысли о нём по пустым тихим улицам.
- У нее дочка как раз твоего возраста. - Руслан не обращал внимания, на веселый щебет матери в трубке.
И встречая её, он старается, держит дистанцию
"Ха, кто еще из нас держит эту твою дистанцию!" - тут Крис резко подняла голову, он поймал взгляд ее серых глаз. Впервые за две недели она открыто смотрела на него, не отводя и не пряча глаза. Пальцы продолжали заученно переставлять аккорды. Голос не дрогнул, звучал также задорно, как и в оригинальном исполнении. Но она смотрела на него с тоской...