– Ну пожалуйста, святой отец, я не могу возвратиться в Донегол, так и не узнав, что случилось с ребенком Синид.
– Теперь я могу лишь сожалеть о прошлом. Когда малыш родился, ты не захотела даже взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы ухаживать за ним, – сказал отец Амброзии, прикладывая палец к губам. – Но если бы ты могла возвратить Кодекс неповрежденным, это можно было бы расценить как акт раскаяния, достойный награды. Но увы! Кодекс в руках язычников. Как же ты надеешься возвратить его?
– Она не может, – произнес Йоранд. – А я могу.
Как Йоранду хотелось забыть свое прошлое, просто позволить воспоминаниям уйти обратно в забвение. Но зачем же Бог вернул память Йоранду, как не для того, чтобы помочь Бренне?
– Как вы можете сделать это? – спросил Амброзий.
– Я знаю, как зовут человека, который взял книгу. Его зовут Колгрим, – сказал Йоранд.
– Вы вспомнили? – удивленно спросила его Бренна.
– Да, я вспомнил его имя, – ответил Йоранд, надеясь, что такой ответ удовлетворит ее. Больше он сказать ей пока не мог.
Муртог подозрительно смотрел на нормандца, понимая, что он мог быть замешан в набеге на монастырь. Однако аббат поспешил воспользоваться таким шансом, чтобы вернуть свое сокровище.
– Я не сомневаюсь в том, что вы действительно можете знать злодея, – сказал отец Амброзии. – Но мир широк. Как вы найдете его?
Йоранд почувствовал, словно вокруг его шеи затягивается петля.
– Я знаю, куда он возвратится с добычей.
– Ну тогда иди с миром. Благословляю тебя, сын мой… – взмахнул правой рукой Амброзии, забыв на мгновение о происхождении нормандца.
– Оставьте себе свои благословения, – потребовал Йоранд. – Все, что мне надо от вас, – это чтобы вы сдержали свое слово. Вы расскажете Бренне о ребенке сестры, договорились?
Святой отец, немного поколебавшись, торжественно кивнул:
– Я расскажу Бренне о ребенке.
Йоранд развернулся и пошел прочь, злясь на себя за то, что вынужден доверять этому священнику. Но иного пути не было. Сзади он услышал легкую поступь догоняющей его Бренны.
– Куда мы направляемся? – спросила она.
– Мы никуда не направляемся, – ответил он. – Вы остаетесь здесь, а я должен вернуть эту проклятую рукопись.
– Ну пожалуйста, вы не можете оставить меня, – взмолилась Бренна, хватая Йоранда за руку. – Вы можете пострадать.
– Наверное, – ответил Йоранд, подозревая, что она не понимает, насколько все это было опасно.
– Но это касается и меня также. Вы же мне помогаете найти ребенка сестры. И если вы из-за меня попадете в беду… Я же жена вам, Йоранд, и должна быть с вами.
Нормандец остановился. Он знал, что необходимо идти, но почему-то не мог заставить себя оторвать свою руку от ее руки. Бросив на Бренну взгляд, он понял, что совершил этим роковую ошибку. Хотя ее волосы были спутаны, а лицо было черно от сажи, ее душа сияла в ясных и чистых серебристо-серых глазах. Но Йоранд видел, что она не понимает, о чем просит.
– Бренна, – сказал Йоранд, заключая в свои ладони ее щеки. – Будет трудно.
– А когда с вами было легко? – улыбнулась Бренна обворожительной улыбкой, от которой внутри у Йоранда потеплело. Значит, она доверяет ему. Когда она смотрела на него таким взглядом, ему хотелось идти вперед и убивать ради нее драконов.
Но как бы она почувствовала себя, узнав, что таким драконом был он, ее муж?
– Ну пожалуйста, – упрашивала его жена, терзая нижнюю губу аккуратными жемчужно-белыми зубами. – Я не смогу перенести, если вы уйдете один.
Отчаянно обняв Бренну, Йоранд проговорил:
– А я не могу оставить вас, – и крепко поцеловал ее, мечтая впасть в то забвение, которое он нашел в ее любви. Однако она не отставала от него ни на минуту и, отодвинувшись от него, спросила:
– Так куда мы направляемся?
Бренна смотрела на него пристальным взглядом. «В ад», – хотелось ответить ему, но он сказал просто:
– В Дублин.
Глава 24
Обратный путь к берегу реки Шаннон и по воде к морю прошел для Йоранда как во сне. Если бы он тогда сказал ей, что память вернулась к нему, возможно, она еще могла бы принять это. Но теперь, когда прошло столько времени… «Трус!»
Не было и дня, чтобы Йоранд не ругал себя. Каждый день он решал, что уже наступил момент, когда Бренна сможет узнать всю правду. Но она неизменно начинала рассказывать о собственных надеждах и планах, разрушать которые так не хотелось. Соответственно столь важный разговор Йоранд каждый раз переносил на завтра.
Вот и сейчас он то и дело смотрел в карту й на компас, бесконечно поправлял парус. Все, что угодно, чтобы только не думать о том, что ждет их на берегах реки Лиффи. Каждую ночь Бренна обнимала его, а он обнимал ее в ответ, будучи не в силах удержаться.