- Эбернер, - потянув последний слог, незваный гость разглядывает свой меч, уловив самый сильный страх, принюхивается к нему, - Разве так встречают героев? - с насмешкой вырывается вопрос, на фоне воцарившейся тишины послышался вопль, голова всадника повернулась к источнику звука.
Император готовился к отступлению, повернув золотистую голову льва на барельефе над камином, прикрываемый стражей, он выжидал открытия входа в пещеры, ведущие в безопасное место вдали от замка. Зажатая в противоположном углу Валенсия стала заложницей, теперь уже не в фигуральном смысле, а в самом прямом. К её горлу был приставлен клинок.
- За двумя зайцами ты не успеешь, Магнус. Выбирай с умом.
Ехидная ухмылка на губах у поседевшего за эти годы Императора вызвала у всадника гортанный рык. Так ли нужна ему ведьма, как привлекает его отмщение? Ведомый разбушевавшейся ненавистью, он двинулся вслед за Ланкастером. Перешел на бег, когда проход в камине открылся. Он проникся мщением, самой идеей о возмездии за все те столетия страданий. В подземном царстве время течет совсем иначе, нежели чем в реальном мире. За год на земле проходит столетие в аду. Его силы воли и стойкости не хватило. Магнус давно принял правила игры и не пытался противиться исходу, который ожидал всех людей. Император мог бы погибнуть от Чумы или же другой хвори, от рук других названных братьев всадника. Однако для Магнуса была невыносима сама мысль о том, что последние вздохи поганого труса заберет кто-то иной. Эбернер же не терял веры в собственный план. Он махнул стражнику, держащему в тисках Валенсию. Клинок от горла девушки переместился к животу и ударил сначала один раз, второй...
- Что же ты наделал? Лишил бедную девчонку возможности выйти удачно замуж и нарожать колдовских уродцев, - мнимое сожаление переросло в зловещий смех, пусть императору и была интересна развязка, но дожидаться её он не собирался, поспешно скрываясь в темноте пещеры.
Разливающийся теплом импульс вынуждал повернуться обратно. Спасти несчастную ведьму, ведь она была важнее. Оставался только вопрос: важнее для кого?
Подоспевший Магнус, не даёт свершиться еще одному удару, отбрасывая смельчака к стене. Ещё мгновение и у того свернута шея, оторванная голова летит прямиком к камину. Сделав несколько кульбитов, останавливается и верные подданные своего императора в очередной раз со страхом восклицают. Начинается новая волна метаний, криков, паники. Всадник подхватывает на руки обессилившую ведьму, убирая с лица каштановые пряди волос. Вглядывается в её лицо и хмурится от эмоций, нахлынувших внезапно. Давно позабытый страх. Волнение за кого-то близкого и родного. Она что-то бормочет, пытается его успокоить.
- Тише.
Приказывает. Полностью игнорируя ту вакханалию, начавшуюся вокруг них, седоволосый опускается с возлюбленной на пол. Держит её у себя на коленях, руками же хватается за ненавистный ошейник. Слышится скрежет железа, поддающегося силе Войны. Отбросив искорёженный кусок от себя, Магнус ласковым касанием пальцев к виску ведьмы, утешает ту.
- Ничего, теперь заживление будет быстрее.
Подхватив её на руки, он встаёт с колен. И любуется. Даже сейчас она столь прекрасна, что ей нет равной в этом зале. Вся в волдырях, измученная ранениями и еле дышавшая. Она была красивее всех на свете.
Глава 3.
В старой лачуге, в тусклом свете луны Магнус встречал новый день. Та, кого он выкрал. Та, кого он выменял. Та, кого он выдернул из привычного, пусть и недоброго мира, ждало нечто более грандиозное, чем служение императору. Всадник находился в паре метров от ее кровати и разглядывал лицо девушки прямо, без стеснения. Она до сих пор не приходила в себя. Стонала во сне, ворочалась, звала на помощь. Наверное любой другой бросился бы к ней, укрыв в объятиях в попытке унять боль. Седовласый же стоически восседал на скрипучем стуле, боясь пошевелиться и нарушить монолог Валенсии. Глаза его потухли, не привлекали к себе лишнего внимания в черноте ночи. Пришлось сделать остановку в своём путешествии, позволив знахарке помочь восстановить силы и здоровье ведьмы. Любое промедление проходилось острой рапирой по сердцу всадника. Но учитывая, что теперь оно выполняло только одну роль – заполняло пустоту, то и уколы были не столь ощутимыми. Он больше никогда не ощутит, как пульс бьет в висках, как отчётливо слышится сердцебиение. Если у тебя нет сердца, проще ли от этого жить? Так ли сильно влияние полого органа на нашу жизнь, кроме как самый очевидный факт. Размышления всадника обрываются, когда в тишине раздается негромкий призыв: