На свежем воздухе глаза снова ослепили вспышки фотокамер. Макар, не останавливаясь, повлёк меня к машине. Охрана ограждала гостей от назойливых журналистов. Перед тем как сесть в автомобиль, Довлатов обернулся, подошёл к Демиду и обменялся с ним прощальным рукопожатием.
— Хорошо провели вечер. Надеюсь на завтрашнее собрание, Дем. Багиров ответил на пожатие,но через секунду отдёрнул руку, поспешно вытерев ладони друг о друга. Словно испачкался. —Я тебе последний раз говорю…
Последних слов я не разобрала. Я рванулась было к ним, но тяжёлая рука одного из охранников перехватила меня. —Николетта Довлатова, подождите в автомобиле. Прошу, не вмешивайтесь. —Простите, как вы меня сейчас… —Ради уважения к вашему мужу, не заставляйте меня повторять. Во избежание конфликта, прошу в салон!
Я послушно залезла в машину. Через зеркало заднего вида пыталась разглядеть мимику Макара, понять, о чём они. В моём небольшом сердце разгоралась настоящая война. Первой атаковала нервная система, на подходе, притаившись, ждали плохие мысли, влетевшие в голову со скоростью ракеты. Я по-настоящему боялась. Потому что не понимала, о чём так долго могут говорить бывшие лучшие друзья.
Наконец Макар вернулся к машине. То подобие дружелюбия, что оставалось на его лице, когда мы покидали банкет, бесследно испарилось. Словно его забрал себе жадными руками Багиров. Тот сейчас, провожая нас взглядом, криво ухмылялся, и эта улыбка оскорбляла уходящую тень моего жениха. В его звериных, диких, поистине адских глазах не было и капли стыда или совести. Лишь пламя, способное сжечь заживо любого, кто осмелится смотреть в них слишком долго. Так, как смотрела сейчас я.
— Всё нормально? — сбивчиво спросила я, понимая, что вряд ли он ждёт от меня умных вопросов. Жених сел за руль и пристегнулся.То, как резко он это сделал, выдавало желание поскорее умчаться прочь. —По-другому и быть не может, — без тени улыбки ответил он, поймав мой взгляд в зеркале.
Дорога домой стала настоящей пыткой. Мы ехали минут тридцать, но по ощущениям — не меньше двух часов. Я не могла выдавить из себя ни слова, лишь смотрела в окно на пробегающие мимо высотки, сияющие, как тысяча светлячков. Или украдкой поглядывала на Довлатова, надеясь, что он перестанет напряжённо сжимать скулы и расскажет, какую гадость успел наговорить Демид, отчего даже аура вокруг него почернела.
Моему терпению, прости Господи, пришёл конец. Молчание убивало меня. —Мак, — протянула я его имя, как сладкую нугу, и повернулась к нему. — Если ты хочешь поговорить об этом… —Мне нечего с тобой обсуждать, Николь, — ударил он меня по самым больным местам, сдавливая руль. — Скоро приедем. Дома у нас состоится разговор.
Очень редко он называл меня полным именем. Кроме «Ник», «Николушка» и «щенок», слово «Николь» от него означало, что он в ярости. Да чего уж там — он был чертовски зол. А я удивилась. Ведь домой мы ехали в разные стороны. —Домой? Мы едем к тебе? Я в панике достала из сумочки телефон,чем, кажется, ещё сильнее его разозлила. Взглянув на время,я закусила губу. Уже за полночь. Мне бы давно быть дома… —Думаешь, мне интересно, щеночек, устраивает тебя это или нет? — грозно спросил он, чуть ли не плюясь огнём. — Едем ко мне. Это не обсуждается! Думаешь, твой отец начнёт ныть мне в трубку, где его дочурка? Всё уже обговорено, Ника.
Глава 9 Ника
— А я могу спросить, кем это обговорено? И зачем? Для пущей убедительности? — вырвалось у меня, хотя внутри всё сжималось от страха.
Мне категорически не нравился такой поворот событий. Я уткнулась в телефон, сверяя каждую проходящую минуту, словно засекая время до собственной казни. До того момента, когда я окончательно пойму, что оказалась не там, где должна быть.
Макар нёсся с бешеной скоростью, разрывая встречный ветер. Я до ужаса боюсь быстрой езды, и он это прекрасно знает. Неужели я заслужила разбиться насмерть только потому, что он разозлился на слова Багирова? Я не хочу, чтобы он принимал их близко к сердцу. Демид предал всех: меня, моего отца, да и самого Макара, наверное. Злиться нужно на него, но у меня ощущение, что мой жених из последних сил сдерживается, чтобы не выместить всю ярость на мне…
Я крепко обхватила себя руками, закрыла глаза и попыталась представить, что он вот-вот успокоится, всё наладится, и он отвезёт меня домой, как делал это всегда. Даже понимая, что лгу самой себе, мне нужно было сконцентрироваться и хотя бы перестать нервно стучать ногой.