— Ник, всё будет хорошо. Посмотри на меня, — Юля сжала мои пальцы, стараясь вселить в меня уверенность. — Его уже перевели в палату, значит, операция прошла. Теперь главное — выяснить причину.
— Мне страшно об этом думать, Юль. Чем ярче я представляю, что с отцом что-то не так, тем сильнее меня тошнит. Понимаешь, ты и папа — мои единственные близкие люди.
— А Макар? Он же твой, практически, муж.
Когда Юля произнесла это имя, боль в груди внезапно отступила, сменившись смутным беспокойством. Ладони вспотели, а на лице подруги я увидела недоумение. Но куда большее недоумение царило у меня в голове: я совсем забыла о Макаре. Прошло полдня, а я, с тех пор как уехала от него, так и не сообщила об отце. Неужели переживания за папу так на меня повлияли?
Нет, Ника, дело не в отце. Тебе только кажется, что ты забыла о Довлатове, но это не так! Тогда в чём же дело? Что, ей-богу, происходит? У меня начались провалы в памяти? Пора уже пить таблетки?
— Николь Павловна, можно вас?
Подошедший врач резко оборвала мои мысли, вонзившись в сознание голосом. Я вскочила и жестом попросила Юлю остаться на месте. Ко мне приблизилась приятная полная женщина средних лет. Она поправила массивный гребень, удерживавший её рыжие волосы, и мягко на меня посмотрела.
— Пройдёмте. Это ненадолго, — произнесла она утешительным тоном, дожидаясь моего согласия.
Чтоб мне провалиться сквозь этот бетонный пол и очнуться у себя дома, в кровати. Пусть всё это окажется страшным сном. Я не хочу осознавать происходящее, не хочу слышать плохие новости. Я… Я просто хочу, чтобы отец был жив.
Мы поднялись на пару этажей. Пока мы шли по бесконечным больничным коридорам, я старалась не вслушиваться в окружающие звуки. Откуда-то доносились стоны, а неподалёку — смех двух бабулек, обсуждавших знакомую. От этого контраста мне хотелось поскорее убежать.
Подойдя к палате №287, врач зашла первой. Прежде чем впустить меня, она о чём-то коротко поговорила за дверью, а затем, выглянув, провела меня к небольшому столу и пригласила присесть.
— Пожалуйста, не томите! Скажите сразу всё как есть, без прикрас!
— Николь Павловна, успокойтесь, присаживайтесь, — указала Бабьева на мягкое кресло. — Не накручивайте себя.
Я прижала к себе сумку и села напротив. Врач снова мне улыбнулась, достала объёмную жёлтую папку, перелистнула до нужной страницы и протянула мне документы.
— Что это? —Результаты обследования вашего отца. Скажите, вы знали о его проблемах со здоровьем? —Нет. Он всегда… хорошо себя чувствовал, ну, если не считать возраста. Папа тщательно следил за здоровьем, — проговорила я, прикрыв рот рукой. В бумагах я обнаружила длинный список лекарств и выделенное жирным шрифтом словосочетание: «внутрисердечный тромбоз на второй стадии развития». — Скажите… это ведь лечится, да?
Я с трудом сглотнула, умоляюще глядя на неё.
— Конечно, главное — вовремя обнаружить. Тромбоз сложно выявить из-за бессимптомного течения, поэтому лучше всего ежегодно делать общий анализ крови и проходить обследования. Ваш отец знал о заболевании, у нас есть выписка о первичном лечении. Николь, нам нужно ваше согласие на полное обследование и повторное УЗИ сердца. Для этого потребуется ваше участие.
— Я… я понимаю…
От её слов у меня перехватило дыхание. Ведь папа не подумал о том, что я сойду с ума от волнения. Он не посчитал нужным рассказать о своей болезни мне, дочери. Единственной родственнице. Меня разрывали злость и жалость, смешавшиеся в противную гремучую смесь под названием «страх». Да, проблему можно решить, но сколько времени это займёт? Поможет ли предложенное лечение? Справится ли его ослабленное здоровье? Ему ведь давно не тридцать.
— Может, предложить вам воды? Вы выглядите неважно. —Нет, я в порядке, — солгала я не моргнув глазом. — Скажите, Карина… —Можете звать меня Карина Дмитриевна, — она поднялась и налила мне стакан воды, в которой поблёскивали мелкие пузырьки. — Попейте минералки, она быстро приведёт вас в чувство.
—Спасибо, — я осушила стакан до дна, словно промывая им свои нервы. — Лекарства, которые вы выписали… в какой последовательности их принимать?
—На последней странице я указала совместимость препаратов, время приёма — утром натощак и вечером перед сном. Николь, я хочу вас заверить, что эта болезнь лечится, если за ней следить. Ваш отец запустил процесс после первых этапов. Постарайтесь это проконтролировать. В крайнем случае, советую нанять сиделку. Вам нужно подписать документы о том, что мы начинаем лечение. Теперь всё зависит от вас.