Глава 2 Ника
— Смотри, прелесть какая! И вот это тоже ничего так! — крутит вокруг себя два платья Юлька, пытаясь меня развлечь. — Ну, Никуля, чего ты там опять приуныла?
— Прости, Юль, я вся без настроения, — говорю честно и открыто, от лучшей подруги мне совершенно нечего скрывать. — Я просто боюсь.
— Зачем?
— В смысле, зачем? — удивлённо взмахиваю руками и встаю с мягкого пуфика, напугав своей резкостью администратора бутика. — Я не справлюсь, понимаешь? Папа совсем с катушек слетел! Он опять в долги влезает.
— Солнышко ты моё, — Юля откладывает платья и идёт ко мне, разворачиваясь к выходу. — Если ты не готова к покупкам, давай просто начнём наш день с полусладкого красного?
— Может, ты и права.
Юля хватает меня за руку и ведёт куда-то в свою сторону, а я со всем своим доверием иду за ней.
Завтра вечером будет особое мероприятие, посвящённое моей помолвке с Макаром. Из его слов я так поняла, что это станет так же полноценным мероприятием, где он продемонстрирует на всей общей публике сотрудничество с одним из своих давних друзей. Макар никогда мне обычно про него не рассказывал, так только, что в юные годы они начинали с нуля. Начинал ли с нуля Макар, я сильно сомневаюсь, однако я, тем не менее, горжусь своим будущим мужем.
От части, я до сих пор не свыклась с мыслью, что являюсь невестой, а уже будучи женой, быть не готова. Лишь недавно я была свободной, и папа обещал, что я выйду замуж за кого пожелаю всем сердцем. Но этого не случилось. И никогда не случится. Я обязана выйти замуж за Довлатова. Иначе мой отец в лучшем случае просто разорится, а в худшем — Довлатов не спрячет его от тех, кто требует от него вернуть долг. Если бы там были сотни тысяч, может, я и сама бы справилась, устроилась бы на работу и помогла бы отцу. Но долг превышал десяток миллионов, за такое многие способны и шкуру содрать живьём.
Мы зашли в небольшой ресторанчик, и Юля заказала сырную тарелку с гранатовым вином и чизкейками. Я с трудом прикоснулась к кусочку сыра и положила его себе в рот. Подруга разлила тёплого вина и чокнулась бокалом. Я неохотно, но сделала глоток.
— Никуль, такими темпами и нервами ты поседеешь к свадьбе.
— И пусть, полюбит какой буду! — резко отпиваю ещё глоток вина и морщусь. — Мне часто кажется, что нужна я ему за тем самым, смотрит он на меня с такой жадностью! Что всю себя с головы до ног в самые закрытые платья одеть хочется!
— Глупости ведь щебечешь, Макар души в тебе не чает, а ты такое наговариваешь, — Юля берет кусочек сыра и закрепляет хлебушком с чесночным маслом и отправляет самолётиком мне в рот. — Вот закуси-ка лучше.
— Я повторюсь еще раз: я боюсь очень сильно. И я всё больше начинаю думать, что не готова быть с Довлатовым, — шепчу сквозь дрожащую губу. — Как представлю, что… будет, меня в дрожь бросает!
— Не боись, секс — это хорошая вещь. То, что ты всё ещё девственница, проблемой не является, а лишь твоим выбором.
— Ещё громче крикни! — я закрываю глаза ладонью, — Не стыди меня, я и так ужасно боюсь.
— Николь, секс — это естественный факт. Все им будут заниматься рано или поздно, если хотят. А ты не хочешь, потому что сама себя напугала этим, — Юля взялась за чизкейк и отломила маленький ломтик. — Ты такая красивая, мужики голову на тебя сворачивают, а ты ведь недоступна.
— Не правда.
— Правда, правда! — подмигивает она и надувает щёки, заставляет смеяться. — Ты для меня самая-самая во всём. И лучшая, и красавица!
Юля — моя лучшая подруга с детства. Мы с Старковой, ходили в христианскую школу, учились в одном классе и познавали все прелести жизни впервой. Но в отличие от меня, Юля отличалась харизмой и пылкостью. Когда ей исполнилось восемнадцать, она поклялась, что веру бросит. Я пыталась говорить, но всё безуспешно. Но, несмотря на скандалы с семьей и её решение, крестик она по прежнему не снимает. Сейчас нам по двадцать три, и она уже за все эти пару лет испробовала многое, что мне и по духу и религии не под силу. Включая самые интимные части её жизни. Ведь секс для меня табу, ровно пока не выйду замуж.
Прошло полчаса, а я уже чувствовала себя непривычно. Понимала, что голова приятно покруживалась, а значит, слегка алкоголь дал в кровь.
— Юль, мне очень нужно в церковь на вечернюю службу? Я хочу поговорить…
— Да сколько можно, Ник? Отдохни хоть раз, думаешь, твоя вера будет против душевного расслабления?
— Всё может быть. Ну… Пожалуйста! — умоляюще смотрю на Юлю глазами щеночка. — Я боюсь пить следующий бокал.