— Какое же де…
— Без мата! Я себя с трудом держу!
— Мы не в церкви, Николь. И твоему отцу в такой ситуации вряд ли помогут молитвы. Но поверь, лечить его будут руки врачей без святой воды. — Юля заходит первая в лифт, позволяя мне нажать на кнопку этажа. — Можешь хоть сколько угодно надеяться и верить в чудо всевышнего. При этом не опускать руки, надеясь только на эти свершения. Знаешь же прекрасно.
— Ты права, — единственное, что выдаю я. — Самое главное — найти ещё деньги.
— Как вариант, можно…
Не дослушав подругу, заметила, как лифт остановился. Мы не приехали на нужный нам этаж, но по своей автоматичности двери лифта открылись на третьем. За ними находился очередной пустой больничный коридор, сопровождаемый мёртвой тишиной. Неясная дурная предчувствуя, я вгляделась, пытаясь понять, есть здесь кто-то. Убедившись, что нет, нажала на кнопку «Закрыть».
— Не услышала тебя, — поворачиваюсь в её сторону.
— Почему бы твоему будущему мужу не захотеть помочь родственничку? Он станет его тестем!
— Макар? — вздрогнув нижней губой, я сильно её закусываю, будто произнеся неприличное слово. — Юль, я должна тебе кое-что ещё рассказать по поводу Макара…
Наш диалог снова прервался. Но в этот раз я вижу, как между стальными дверьми застряла смуглая, набитая мышцами рука. Мы с Юлькой симметрично вздрогнули, обменявшись шокированными взглядами.
Двери снова раскрылись, прежде чем впустить в маленькое пространство дикаря. И этот дикарь оказался тем, кто заставил мою бывалую уверенность в себе скатиться с высокой горы далеко в Мёртвое море. Утопив там не только доверие, но и сердце.
Недавно влажные ладошки покрылись леденящим холодом, а способность дышать отключилась к чёртям. Мне пришлось ловить испачканный этим чудовищем воздух ради того, чтобы не упасть в обморок.
Вижу через зеркало позади себя, как моё лицо не побледнело, а, наоборот, окрасилось в вишнёвый румянец. Я обхватила себя в жадные объятия, пытаясь спрятаться от глаз, полных тьмы и равнодушия. Те самые глаза, возомнившие себя самим Господом Богом. Две чёрные точки, прожигающие беспощадно моё сердце изнутри. У меня был лишь один простой вопрос: «Что он тут делает?» Багиров перепрыгивал взглядом с меня на Юльку. Забавно предполагать, помнит ли он её так же хорошо, как меня когда-то. Демид почесал скулу, обращаясь ко мне с вызовом.
И у меня встал лишь один вопрос: «Что он тут позабыл?» Вроде как это не единственная больница и далеко не одна из лучших.
— Вы на машине приехали? — чуть не столкнувшись со мной лбом, дёргано спрашивает.
— Прости? — отвожу свой взгляд от его набитых на ладонях тату. Я готова поклясться, что пару лет назад их там и быть не могло.
— Значит, нет, — тяжело выдыхает, повернувшись ко мне спиной. — Я вас довезу куда нужно.
— Думаю, мы сами способны добраться, — отворачиваюсь. — И вам, Демид Айдарович, здравствуйте, — стараюсь напомнить этому нахалу, что сейчас единственное, что нас может связывать — это их с Макаром партнёрство и ничего более.
— Я не спрашивал мнения.
Не спрашивает, а предупреждает, словно угрозой приказывает. Багиров переключается на Юльку, цинично осматривая её наряд. Короткая джинсовая юбка и тёплый красный кроп-топ. Она обычно отстаивала свой стиль, но, увидев нашего старого знакомого, подруга спрятала руками свой голый живот.
«Первый этаж».