Боже... Николь, прекрати! Заткни свой мозг! Свою тупую голову!
Довлатов что-то шепнул мне на ухо, я прижалась к нему в ответ, но кожей чувствовала, как тот, другой, смотрел. Как сжимал кулаки.
И вечер длился. А воздух между нами гудел от невысказанных слов и боли в груди. Мне было страшно... Так страшно, как никогда прежде. И самое странное, что я совершенно не понимала, кого боюсь больше: посланника из ада или того, кто сейчас держит мою руку, обрекая ее на холод.
******
Это не могло так долго продолжаться.
Мы с Макаром пришли домой час назад. Он ушел принимать душ. Пока его не было, я спрятала ключ Арины в сумку и залезла в телефон, чтобы проверить новые исходящие.
Пару сообщений от Юли с просьбой встретиться завтра после работы, сходить к моему папе, а потом перекусить — удачная идея, кстати. Я поставила лайк и написала время, когда освобожусь. Если я правильно помню, у меня назначена групповая тренировка по записи ещё с той недели.
Вдруг я услышала, как Макар движется сюда. Его холодное дыхание будто уже окутало комнату, словно зимний ветер. Он стоял в дверях, изучая меня своим осуждающим взглядом.
Я замерла, раскинувшись на кровати, пальцы бессознательно вцепились в одеяло.
— Николь, — произнес он моё имя так, будто это было наказание.
Он резко оказался рядом, практически придавив меня своим весом. Влажные волосы упали мне на плечи. Он избегал встречи наших взглядов, но чувствовал мой запах страха.
— Ты молилась сегодня?
Я сделала вид, что задумалась, словно не знала ответа. — Нет. Не могла сконцентрироваться.
Он наклонился, и его губы коснулись моего лба.
— Ещё немного, и ты будешь моей женой.
Его пальцы обвили мою шею, он чувствовал, как я глотаю ком в горле. Я по-прежнему не поднимала взгляд и шестым чувством понимала, что делаю правильно.
Его пальцы сжали кожу на шее чуть сильнее — не больно, но так, будто он хотел причинить боль.
Я дёрнулась, и простыня сползла с колен, обнажив босые ноги.
— Мак... — мой голос дрожал, как у испуганного щенка.
Он притянул меня к себе одним движением, и я почувствовала его возбуждение через тонкую ткань домашних штатов. Сердце забилось так сильно, что я, как глупый подросток, вся облилась краской.
— Ты дрожишь, — прошептал он, до боли укусив меня за плечо. — Не бойся, я не причиню тебе боли. Понимаешь?
Его рука скользнула под рубашку, ладонь — шершавая, как наждак — обожгла кожу на животе. Я зажмурилась, но перед глазами встали образы нашей будущей свадьбы. И вот этого...
— Я не готова... Прости... я слишком устала.
Я вырвалась так резко, что он на миг ослабил хватку. Спрыгнула с кровати, споткнулась о ковёр, но удержалась. Сердце колотилось где-то в горле.
Макар не двигался. Сидел на краю постели, его пальцы медленно сжимались в кулак и разжимались.
— Я же тебе объяснял, щеночек, бояться меня не нужно. — сказал он тихо. — Но я научу тебя не бояться.
Я затаила дыхание.
Он поднялся и надел спальную рубашку.
— Ты куда?
— Я пойду сделаю себе чай и подготовлю планы тренировок на завтра для девочек. — Солгала я, но будто это было моё первое враньё, которое могло меня спасти. — Скоро вернусь!
Я спускалась по лестнице на цыпочках, затаив дыхание. Кухня была холодной, будто весь дом замер в ожидании того, что я буду делать дальше. Включила чайник, и его шипение показалось оглушительным. «Ромашка. Только бы успокоиться. Только бы забыть».
Но пальцы дрожали, когда я доставала кружку. И вдруг — воспоминание. Его рука на моем затылке, жесткая, неумолимая. «Ну же, Николь, сделай это!»
Я закрыла глаза, но картина не исчезала: его взгляд сверху вниз, кривая ухмылка. Словно ему было смешно.
Чайник щёлкнул, я вздрогнула. Лью кипяток, и пар обжигает кожу. Возвращаюсь в реальность.
Но ведь он спас папу...
Мои мысли путались. Да, он помог. Вложил деньги в клинику, когда банк уже готов был забрать всё. Приезжал каждую неделю с цветами, говорил, что я самая красивая. «Ты будешь моей женой, Николь. Я всегда забочусь о тебе». Заботится, любит и делает всё для нас...
Я пила чай. Гостиная казалась безопаснее — там дальше от его комнаты. Диван был очень мягким. Я прилегла и включила на YouTube какой-то обзор на игру. Краем глаза заметила на журнальном столике телефон Макара. Не придала значения и легла отдыхать дальше.