– А зачем нам все это? Мы что на войну собираемся? – Недоумение Сухаря, по всей видимости, разделяли и другие. – Да и эти, твои уговоры насчет учебы. Тоже непонятно зачем я должен делать что-то, что мне не нравится. Учеба эта, она и в школе меня заколебала, сама по себе для меня трудность, а тут еще английский язык. Летом, когда все отдыхают, мы как прокаженные учим слова, занимаемся боксом. Нафик все это? Я не хочу быть инженером, мне хватит, если я стану машинистом на паровозе.
– Может приоткрыть им всем мою тайну? Заодно и их судьбы рассказать? Поймут ли? Пацаны сопливые ведь совсем еще. – Я молчал, обдумывая слова своего товарища. Так и не решившись рассказать, ради чего так стараюсь сам, и ради чего тащу и их, своих самых близких друзей, я постарался как-то довести до их сознания необходимость всего, что мы сейчас делаем.
– Иваныч, вот ты говоришь, зачем тебе все это? Давай немного пофантазируем, проведем две параллели в твоей жизни. Представь себе, что ты ничего не станешь предпринимать, что ты будешь учиться в школе, как и раньше, как говорится ни себе, ни людям. Что получиться в результате, тут и к маме не ходи, все и так понятно. Закончишь восемь классов кое-как, и поступишь в ремесленное училище, если еще возьмут, конечно. Дальше что? Получишь специальность слесаря, пойдешь в депо и там провкалываешь до пенсии, с перерывом на три года службы в армии, это в лучшем случае. Но мне кажется, что ты сопьешься и окончишь свою жизнь в канаве, примерно так же, как и тот, кто так сильно напугал Узбека. Ну, еще можно добавить, что "нарожать" сумеешь двух спиногрызов вместе со своей женой.
– А что, вполне так себе нормально. Все так живут и ничего.- Перебил меня Сухарь.- Зато никаких хлопот никаких забот, знай себе пивко попивай в свободное время, зачем мне о чем-то волноваться, о чем-то думать. Есть начальники, пускай они думают.
– Подожди, дай договорить. Тебе просто не с чем сопоставить. Тебя и сейчас окружают примерно такие же люди. Мне вот интересно, тебя нисколько не волнует, что рядом может проходить твоя другая линия жизни. По которой ты вполне успешно можешь пойти, и она в корне будет отличаться от той, по которой тебе, как ты говоришь, проще идти.
– Ну, ну, давай говори, мы послушаем, что там может быть в другой моей жизни.- Я видел, что разговором заинтересовался не только Сухарь, но и остальные ребята, поэтому продолжил свои фантазии.
– Ты потихоньку избавишься от своей лени, привыкнешь совершенствовать себя и вскоре почувствуешь, как это интересно знать все больше и больше. Настолько привыкнешь к этому, что тебя придется останавливать периодически от твоего желания познать все, что есть в этом мире. Ты не ухмыляйся, ты просто слушай и представляй все, что я говорю. Тебе станет интересно общаться с такими же увлеченными людьми, ты выберешь себе работу, которая не только кормить тебя будет, но и приносить удовольствие. У тебя появится семья, любящая тебя жена.
– Ага, и теща еще в придачу, которой наплевать на твое желание, так как у нее другое будет. – Ехидно перебил Узбек.
– Ну и что? Ты в состоянии будешь удовлетворить и тещины запросы.
– Какими шишами? Ты что не знаешь, что хороший слесарь получает намного больше, чем какой-то там очкарик с книгой под мышкой. – Чуть ли не завопил от возмущения Узбек. – Слесарь хоть в состоянии сделать что-то своими руками, а этот очкарик так и будет ждать, когда на него манна небесная свалится.
– Подожди Узбек, не перебивай, дай дослушать мне стало интересно, чего еще наплетет Семеныч. Давай Калям, говори дальше. – Сухарь, да и все остальные вновь уставились на меня.
– Очкарик может и в самом деле быть неприспособленным для проведения слесарных работ, но ему это и не нужно для этого есть другой Колька, который слесарь, он сделает все, что нужно этому очкарику.
– С какой это стати – вновь влез Узбек.
– Да просто, потому что именно от очкарика будет зависеть примет он на работу этого слесаря или нет. Со своими знаниями он не останется незамеченным, и его поставят, допустим, начальником цеха, куда и устроится после армии слесарь Сухарь.
– Так что тогда будет, если все захотят умными заделаться, а кто тогда слесарить станет? Ты что нас против рабочего класса настраиваешь? – Это уже влез Вилян. – Мой отец всегда говорит, что в нашей стране голова всему рабочий класс. Как он захочет, так и будет в стране.
– Все верно твой отец говорит. Только вот ответь мне на такой вопрос. Приходя на работу, он от кого получает задание на проведение каких-то работ?