— И что же они умели? — спросил я с интересом. — Летать на ступах, колдовать над котлом с кипящей водой или что-то еще?
— Древние умели не только летать, причем известно, что они передвигались в космосе без космических кораблей, — сказала девушка. — А вообще, если судить по дошедшим до нас легендам, древние умели все. Вот сам подумай, они умели создавать предметы из ничего, точнее они их воплощали из энергии, которой разлито всегда много вокруг. Возможно, ты не знаешь, что материя только частный вид энергии?
— Чего? — я недоуменно поморгал глазами. — Ты вообще сейчас о чем? Что я тупой, да?
— Ты не тупой, ты мой любимый, — Мия обняла меня и поцеловала. — Кстати, ты очень странный. Если посмотреть на твое тело с помощью разных энергий, то можно увидеть, что ты весь в целом представляешь собой переливающийся энергией источник. Все твои органы светятся разным цветом, и это очень красиво, только мозг почему-то темный.
— Мозг у меня темный, — буркнул я, высвобождаясь. — Потому что я сам темный и тупой.
На самом деле я не обиделся, просто хотел, чтобы она меня еще раз поцеловала. Она это сделала, я снова повеселел и приготовился слушать ее дальше. Тема для меня была мне очень интересна. Зря, что ли, меня называют древним все, кого я встречаю из высших цивилизаций, теперь хоть понятно, как они меня отличают от других, оказывается, я свечусь в невидимых диапазонах энергий. Девушка еще раз меня чмокнула в нос и продолжила:
— Древние умели создавать предметы из ничего и превращать в ничего все, что видели. Они даже умели превращать свои тела в энергию, и тем самым приобретали бессмертие и возможность передвигаться во вселенным. Что с ними происходило дальше, никому неизвестно. Одни говорят, что древние давным-давно ушли из нашей вселенной, отправились путешествовать по другим пространствам, и больше никогда не вернутся назад, так как у нас им стало слишком скучно. Другие говорят, что ушли не все, и в нашей вселенной остался сторож, один из древних, который следит за тем, чтобы все развивалось правильно, в соответствии с придуманным планом. Но, если говорить честно, то на самом деле никому доподлинно ничего не известно.
— Ясно, — покивал я в задумчивости, думая о том, что за энергия находится внутри меня. Может, действительно, я древний? — Я все понял, ты очень хорошо мне все рассказала и объяснила.
Неужели действительно последний из древних вселился в меня? Но зачем? С какой целью? Или это он так просто развлекается? Оседлал, так сказать, меня, и теперь катается по миру, наблюдая за тем, что происходит вокруг, в какое дерьмо потомки превращают вселенную. Конечно, можно бы этим возгордиться и возрадоваться своей исключительности, хотя гордиться тут на самом деле нечем особо нечем, я ничего не сделал, чтобы это произошло, как всегда всему виной его величество случай. И если бы у меня был выбор, я бы отказался от такого подарка, хоть, вероятнее всего, без древнего в моем теле я бы давно умер. Он меня уже не раз спасал и не раз оживлял, за что я ему, конечно же, благодарен. Я правда, не понимаю, куда он исчез, когда в меня вложили артефакт, который был так нужен Рою. Что произошло, почему я перестал его видеть и ощущать. То ли древний и артефакт взаимно друг друга уничтожили, то ли наоборот превратились во что-то единое, то ли теперь я сам и есть тот самый древний. Но если это так, то почему я такой тупой и почему все время попадаю в какие-то неприятные ситуации? Увы, нет у меня на это ответа. Имеются только странные ощущения, что живу я в странном мире и сам такой же странный.
А мы за этими разговорами продолжали топать все дальше по этому туннелю. Стены в нем все больше менялись, появились большие белые полосы, которые излучали мягкий теплый свет, отчего и нам стало теплее и приятнее идти. Через километр, может чуть больше, нам встретилась еще одна железная стена, которая снова перегородила нам путь. Мия привычно приложила руку и тут же испуганно отдернула:
— Сюда движется охранный робот, надо бежать, так передает охранная система. Наше передвижение по этому туннелю отследили. Требуется идентификация, а я, получается, ее не прошла.
— И куда мы с тобой побежим? — мрачно спросил я, доставая оба пистолета, один тот, что снял с мумии пришельца, другой, что дала мне девушка, похожий на дуэльный пистоль. Настроение у меня от моих размышлений испортилось, может поэтому я и повел себя так решительно. Но с другой стороны, действительно, куда нам бежать? Наша задача найти звездолет, а если верить девушке, то он находится именно в этом отрезке туннеля, значит, рано или поздно, нам все равно встретятся эти роботы-терминаторы, и придется сражаться, так почему бы не сейчас? Впрочем, давно известно, что о правильности того или иного решения можно рассуждать потом, если выжил. А если не выживешь, то рассуждать не о чем. В жизни вообще в серьезных ситуация всего три оценки: выжил, не выжил, или выжил, но стал инвалидом, что совсем не сахар. — Думаешь, у нас есть куда? Просто меня, милая, но от судьбы не убежишь. Нам все равно нужно идти дальше, наверху нам делать нечего, да и прятаться здесь негде.