— Расход боекомплекта составляет девяносто пять процентов, прошу разрешения загрузить дополнительный резерв.
— Валяй, — разрешил я, глядя в меню. — Грузи.
Откуда изнутри послышался гул, заряжающий механизм ставил новые ракеты. А вообще круто, один робот превратил кучу техники в горящий хлам. Нет, нерки умеют воевать, им просто не хватило боеприпасов, иначе они бы раздолбали всю эту армию. Смотреть с пятиметровой высоты на мир показалось мне забавным. Да еще прямо на экран передо мной транслировалась картинка с беспилотника, получалось совсем чудо. Аборигены уже растащили горящие танки и теперь по дороге на плато снова пошла бронетехника. Робот самостоятельно высадил по дороге свой дополнительный боекомплект, уничтожив на ней все, что двигалось, и потребовал у меня загрузку нового. А нового-то нет. Правда, плазма еще осталась и примерно с сотню гранат, но этого недостаточно для хорошего боя, да и танки из этого не подобьешь.
Теперь я понял фразу инструктора о том, что современный танк предназначен на пятнадцать минут боя. Оно и понятно, свой боекомплект высадит, а дальше что? А дальше уже нужна тыловая служба, которая загрузит снарядами, патронами и ракетами. Так и здесь. Робот хоть и исправен, а для боя уже не годится. У меня максимум полчаса, пока туземцы не растащат горящую технику и не направят сюда новую, а эти краснокожие парни настроены серьезно. Похоже, что им почему-то очень не хочется, чтобы здесь на плато кто-то остался в живых. Вера, что ли, у них такая, а может бзик командования?
Я помню читал про вторую мировую войну, как войска штурмовали одну безымянную высоту, она никакого стратегического значение не имела, но с каждой стороны на ней по дивизии положили просто из-за того, что так захотелось командирам с обеих сторон.
А вообще у меня появилось ощущение, что в Курском сражении второй мировой войны примерно то же самое творилось, что здесь на плато. С нашей стороны выскакивали Т-34, а с той стороны защищались «пантеры» и «тигры». Разница в танках была огромная, тигр и пантера, благодаря хорошей пушке и цейсовской оптике, могли расстреливать наши танки с расстояний в полтора километра, а вот нашим танкам, чтобы подбить этих кошек, требовалось добраться на полкилометра, иначе не получалось пробить мощную броню. Поэтому получилась бойня, ну, прямо как у меня сейчас. На счету чуть ли не каждой «пантеры» и «тигра» было по тридцать и более наших танков, и если бы у них не рвались гусеницы и не клинил движок, нашим бы вообще ничего не светило, несмотря на наш русский героизм. И только когда вылезли на поле боя самоходные артиллерийские установки с мощными пушками, исход бой оказался решен. После этого сражения «пантеру» эксперты назвали лучшим танком второй мировой войны, а наш Т-34 самым дешевым и массовым.
Тридцатьчетверка как автомат Калашникова, он дешевый и простой в эксплуатации и практически неубиваемый, его можно разобрать и починить на коленке, а американская винтовка М-16 капризная, в любой момент может выйти из строя в бою, но снайпера российского спецназа предпочитают ее калашу за точность и массу приблуд, которые дают удобство эксплуатации. Так у всего есть свои плюсы и минусы. У меня хороший робот, да только боеприпасы кончились. И когда примерно через полчаса на меня снова выползли танки, первым же удачным попаданием моего робота отбросило метров на двадцать назад, а моя плазма, которую я выбросил в ответ, просто облизала броню броневой махине. Капец. Надо что-то делать. И вообще зачем я полез в этот робот?
Вот тут я и вспомнил о странном пункте меню под названием полет, которое вылезало каждый раз, когда что-то менялось на экране. Я нажал эту кнопку и тут же выползло сообщение:
— Вы действительно желаете покинуть поле боя?
— Да, — твердо произнес я. — Желаю покинуть.
— Назовите место приземления, — произнес робот. — Нужны координаты.
— Давай просто вверх, — предложил я. — А там уже разберемся.
И мой робот начал подниматься на антигравах, а когда достиг высоты километра, заработали реактивные сопла, и минут через пять я оказался в космосе, на орбите планеты. Вид на планету мне, если честно, не понравился. Земля — голубая планета из-за большого количества воды, а тут больше зеленого и серого. Леса и горы, изредка можно было увидеть небольшие озерца и реки. Городов я не увидел, хоть они явно должны были быть, иначе где делается вся эта бронетехника. Звезд было вокруг много, и они складывались в незнакомый мне рисунок. И как-то скучно, ни спутников, ни звездолетов, лишь голубое солнце.