Конечно, я понимал, что кошки кино не смотрели. Как мне удалось постепенно сообразить, искусство во вселенной вообще не в цене — его у других разумных существ просто не существует. Ни у ампов его нет, ни у нерков. А знаете почему? Причина проста. Любое искусство — это всегда обман. На написанных художественных полотнах любой художник приукрашивает действительность, и чем он талантливее, тем больше и тем лучше у него это получается. То же самое касается поэтов и писателей, они пишут книги, в которых мало что остается от реальности. Хоть и считается, что существуют серьезные писатели, которые отображают реальную жизнь, и есть фантасты, которые ее придумывают, на самом деле и те, и другие — обыкновенные обманщики, и реального ничего и нет в их книгах. И скажу даже больше, если в этих книгах будет описана реальность, то их читать никто не будет, потому что о ней и так все знают, вон она эта реальность, за окном.
Что же касается телевидения и кинематографа, так в них вообще нет правды. Там все сюжеты просчитаны психологами, и даже по времени. И всегда в них присутствует политика, не зря же, когда в Голливуде снимают фильмы про русских, то они все жестокие алкоголики и сумасшедшие.
А во вселенной этот обман не нужен никому. Даже не знаю почему среди людей ложь приобрела такой размах. Ведь врут все: политики, правители, военные — у этих оно вообще возведено в ранг высочайшего достижения. Впрочем, врут и простые люди, и даже ученые, именно поэтому мы живем в искаженном виде, плохо понимая происходящее. У нас даже нет нормальных теорий, объясняющих окружающее, все в той или иной форме ложь. Я даже не представляю, что с нами произойдет, если вранья не станет, и все увидят, в каком глупом и ужасном мире мы живем.
Кошки кино хоть и не смотрели, но вели себя точно неправильно, потому что разошлись по сторонам, пригнулись, лупя яростно хвостами по мостовой. Когда они ушли, то я увидел свой мешок, не совсем, конечно, целый, со следами зубов, но вполне пригодный к дальнейшему использованию.
Я посмотрел в глаза кошек и понял, что перед нами находятся очередные разумные твари, и подумал, что возможно эта планета такой же полигон для генетиков, как и наша Земля. Мало кто знает, что на нашей планете кого-то только не создавали. И кентавры бегали, и змеелюди с драконами носились, и всякие там горгоны с минотаврами, разные львы с крыльями водились, горгульи над головой, кого только эти психи не придумали. Тогда даже пришлось в Греции создавать борца против расплодившихся мутантов, мы его знаем под именем Геракл. А был еще Египет, там тоже много кого только не создали, и псоголовые бегали, и шакалоголовые, и сфинксы бродили, и летали птицы с телом человека, а головой орла. А еще была Индия с целым выводком ламий — их даже продавали за золото, каждый правитель хотел иметь женщину-змею в своем гареме, а их бог с головой обезьяны, да мало ли еще всяких было.
Я вздохнул и сделал шаг вперед. Мия ойкнула, но я не обратил на это внимания, у меня внутри родилось ощущение, что я делаю все правильно. Я дошел до своего мешка, открыл его, ссыпал в него пищевые кубики, надел освободившуюся куртку, мешок забросил за спину, сделал два шага назад, чтобы видеть обеих кошек и произнес:
— Что будем делать дальше?
Одна из кошек сделала шаг вперед и обнюхала меня, недоуменно пожала плечами, потом кивнула второй, та тоже приблизилась и обнюхала меня.
— Древний? — услышал я странное шипение, которое в моей голове преобразовалось в слова.
— Предположим, — подумал я в ответ.
— Прости наших детей за их глупость, — прошипела та, что слева. — Они напали на тебя и понесли заслуженное наказание, ты убил многих из нашей семьи. Сегодня мы пришли, чтобы понять то, что здесь произошло, и если будет нужно, то извиниться. Извини нас, наши дети не знали твоего запаха, поэтому вели себя так неразумно. Мы сами только сейчас поняли, кто принес так много горя нам. Мы виноваты, ты можешь убить нас или наказать так, как считаешь нужным. Мы готовы принять твой гнев на себя, но не убивай больше наших детей.
— Ладно, — согласился я. — Не буду. Но мне нужно сопровождение и охрана, чтобы добраться до нужного места.
— Мы пойдем с тобой, — прошипела та, что слева. — Вся стая будет рядом. Дай нам немного времени, чтобы мы собрались все вместе.
— Жду, — коротко ответил я и повернулся к Мие. — Надеюсь, надолго вы нас не задержите.