Так вот про садик. Однажды Лео сказал:
— Есть неудобства, связанные с вашим местом жительства. Вы маломобильны, а наши визиты могут привлекать нежелательное внимание соседей…
— Согласна, я уже присматривала дом, пока ничего подходящего не нашла, — ответила Тамара.
— Дом присматривайте без спешки, а сейчас есть отличный промежуточный вариант. Там же сделаем репетиционную базу. И вы сможете бывать на улице. Мы всё оборудуем под нужды.
Тамару словно сняли с ИВЛ и выпустили из клетки. Она каталась по городу, сидела в летнем кафе на набережной, наблюдала за людьми. Где-то и её подключали на перкуссию, у неё хорошее чувство ритма. А присутствовать постоянно на репетициях — отдельное удовольствие. Обсуждать проекты «живьём», а не удалённо, спорить.
В детсадовский двор осторожно заглядывали родители с малышами-неви; когда поняли, что хозяйка не возражает, стали регулярно пользоваться детской площадкой.
Дважды в неделю к Тамаре приходили дети помочь по хозяйству (это музыканты с ними договорились). В доме кипела жизнь: вот выезжает пылесос, тут и там мелькает тряпка, а из кухни доносится звонкий голос: «Сырников хотите?»
— Сколько же вас? — спрашивала Тамара.
— Четверо! Или пятеро?.. А вы угадайте! — смеялись они в ответ.
На самом деле их было трое. Закончив работу, девочки играли, смотрели мультики, рассказывали Тамаре всякое интересное. Или, бывало, разучивают танец:
— Лиза, до пола пальцами! Вот так, смотри!
Жаль, что ничего не видно…
— Как бы я хотела, чтобы вы остались жить здесь, со мной…
— А что, так можно? Мы — за! — радостно откликнулись девочки.
Они были из интерната. Быстро сбегали, договорились с воспитателями и уже через пару часов перебрались в «Кукушку». Так можно.
Необычные дети. Их не надо заставлять учиться — всё сами. И уследить за ними невозможно, как кошки на самовыгуле. Тамара могла просить лишь об одном: «предупреждайте, когда уходите». Иногда оставляли записки, чтобы не будить её. Но где их носит? Нормальные родители с нормальными детьми уже свихнулись бы. Марат сказал, с этим надо просто смириться. Девочкам уже установили чипы, мобильные устройства связи для неви. Случись что, Тамара узнает… второй.
А случается всякое. Недавно в зарослях за школой нашли тело мужчины с явными следами насильственной смерти.
Приходил сыщик Валерий. Или как он сказал… частный детектив? Задавал вопросы, показывал фотографии убитого. Но Тамара ничем не могла помочь следствию. Потом она спрашивала у детей — те тоже ничего не знают.
И вот он снова здесь. Долго сидел, пил чай, внимательно осматривался. Тамара нервничала. Детей нет дома, что если они с криком ворвутся и выдадут себя… впрочем, они никогда так не делали. И зачем ему знать про её личную жизнь? Ей очень хотелось бы кое-кого прикончить, но возможности такой нет.
— Почему вы скрываете, что у вас есть маленькие дети? В прошлый раз я наступил на деталь от конструктора.
— Друзья приходили в гости с детьми. Кто-то из малышей потерял, видимо.
— Вы позволите мне заглянуть в ту комнату? — Валерий показал на дверь в детскую.
— Нет. Там сейчас беспорядок.
— Хорошо, отложим это до следующего раза. Хотя и так ясно. А ведь вы продюсер группы «Лемаржилео». Их никто не видел, а вы видели?
Что ему нужно на самом деле? Охотник на неви? Зелёночник?
— Хотите знать, видимые ли мои музыканты? Извините, но это коммерческая тайна. Любые слухи и легенды работают на мой бизнес.
— Удивительное дело. Человек убит, а никто ничего не видел. Так может, это сделали невидимки?
— Я не знаю. — Тамара развела руками. — У меня нет никаких версий. Но, конечно, желаю, чтобы вы поскорее нашли убийцу. Это ведь не первый такой случай…
— Тамара, а кстати, вы очень похожи на одну известную женщину, — он улыбнулся.
— Я даже знаю на какую именно, мне уже говорили. Ну что тут сравнивать, у неё жизнь бьёт ключом … А я, как видите, инвалид.
Валерий ухмыльнулся, не хочет говорить, и ладно. В юности он был её поклонником.