— Марта, а ты заметила, что вы с Маратом состоите из одинаковых букв? — зачем-то спросил Роберт.
— Анаграмма это называется, дедушка; заметила. Но это не отменяет того факта, что он козлит. Марат, а может ты сам ко мне неравнодушен? Аха-ха!
Выехали на мост.
«На месте аварии девушка, она ранена. Скорая не может пробиться. Просьба забрать её и подвезти к заправке, там уже ждут врачи», — сообщил Марату диспетчер.
Сразу за мостом Роберт резко ушёл на объездную дорогу — такой манёвр могли позволить себе далеко не все, кто сейчас медленно жарился в пробке.
— Марта, придётся потесниться. Нужна наша помощь.
Марта недовольно закатила глаза.
— Ну-ну, Марта, тренируй лицо! Злую и капризную Лео точно не полюбит, — усмехнулся дед.
Огромный грузовик лежал на боку, полностью перегородив обе полосы. Из кабины свешивался мёртвый водитель. Он вёз бытовую технику. Часть груза уже растащили свидетели трагедии.
В траве на склоне оврага сидела девчонка, она плакала. Рядом с ней лежала её мёртвая подруга.
— Можешь идти? — спросил Марат.
— Да. Смогла же вытащить её из машины…
— Я не понял, вот это красное пятно — мёртвая девочка? — спросил Роберт. — И что, мы её так бросим?
— Отнесём подальше от дороги, позже заберут, — ответил Марат.
— Не по-людски как-то. Давайте привяжем к верхнему багажнику, довезём.
Видел бы Роберт, с какой благодарностью смотрела на него раненая девушка.
Анна и Алиса — пятнадцатилетние студентки-гидробиологи из Румынии. Недавно они проходили практику на Каспии, а осенью собирались в экспедицию на Саргассово море. На грузовиках они путешествовали далеко не в первый раз, но эта поездка оказалась роковой для Алисы — удар пришёлся точно в висок.
— Тяжёлый сегодня день, — вздохнул доктор. — Вон ещё один, всмятку. Смотри.
В машине скорой помощи лежал труп, настолько обезображенный, что невозможно было разобрать, кто это.
— Я уже пробил, — сказал медбрат, — Олуф Дройк из Орхаса, одиннадцать лет. Изучал квантовую механику, увлекался экспериментальным земледелием. Никаких сигналов об опасности от него не поступало. Что ему здесь понадобилось?
— Вот не сидится им…
— Можно подумать, мы сами были другими, — сказал двадцатилетний Марат; врач скорой был примерно его ровесником.
Заправка пустая. Скорая отлила десять литров, нормально. Приличный запас бензина ожидает в "Августе".
Когда отъехали, Марта спросила:
— Румынка, поляки… Почему они так хорошо говорят, словно на родном языке?
— Восемь мировых языков знают все.
— Один мировой достался с молоком матери, значит, ты учил всего семь? Ну это не спортивно! — пошутил Роберт.
— Согласен, поэтому у меня есть ещё два, а сейчас по дороге учу итальянский, раз уж мы туда едем, — ответил Марат.
— Это как? — удивилась Марта.
— Если скажу, последует ещё много вопросов.
— А мы никуда не торопимся.
— Нет, но ты мне мешаешь учиться.
— Круто! Я-то думал, что я молодец — три иностранных языка; Марта, а у тебя сколько? — спросил дед.
— А у меня автопереводчик. Я не страдаю ерундой.
Вечером ливанул дождь. Уже в потёмках добрались до следующего ночлега — придорожной корчмы «Август». Большой деревянный дом с закрытыми ставнями и тусклым фонарём над дверью выглядел не очень гостеприимно. Но здесь ждут Марата и его спутников. Заведением владеет семейная пара: крот Якуб и неви Августа, она же Гуся.
Встретил хозяин, коренастый молодой мужчина с густой шевелюрой и рыжей бородой. Он сразу усадил за стол. В помещении всего два длинных стола и лавки.
— Щичас, едза…
Якуб явно испытывал некоторые коммуникативные сложности. Но у него был свой автопереводчик.
— Ёжик, госшти! — крикнул он в глубину зала.
Очень простой интерьер, без изысков. Белые стены, тёмная плитка, старенький текстиль.
— Добрый вечер! — услышали Марта и Роберт, а Марат увидел щуплого мальчишку. — Гуси нет дома, она за бандитов следит.
— Всё нормально, я уже связался с ней, скоро будет, — сказал Марат.
— Вы пока ужинать. У нас ресторан невысокой кухни, что сами едим, то и гОстям даём, — паренёк по-взрослому растягивал слова и пытался сделать голос ниже.
— И что сегодня на ужин? — спросил зверски голодный Роберт.
— Картошка жарена, пирог с яблоком, салат из чёрствы, то есть, из свежи овощи, — поправил себя Ёжик.
— То, что надо! — одобрил Роберт.
— А мясо, рыба? Или морепродукты? — Марта, кажется, чего-то не поняла.
— Нет. Есть яйцо. Надо?
Сколько Ёжику? Лет 8-9? Марат про себя отметил, что мальчик не очень хорошо учится, путается. Почему?