* * *
Марат отпустил машину с пленными, а сам пошёл пешком. У него ещё дежурство. По прогнозу погоды было понятно, что ближайшую неделю лучше не жить. А как быть, если надо... В первый день июля город дышал влажным паром. Всю ночь до утра ливень. И снова жара. Воздух вязкий, как кровь гипертоника.
Что делать с родителями? Каждый раз одно и то же. Необучаемые. Научный журнал «Земля неви» публиковал результаты замеров в двенадцати точках планеты, картина везде одинакова: в среднем один умственно полноценный крот к двумстам обычным. Описывались типичные реакции, давались рекомендации по коммуникации с ними. Марату, видимо, очень повезло с окружением, поэтому такое соотношение ему показалось совершенно чудовищным. Но вообще в кротовой массе заметно отсутствие сознания и здоровых инстинктов; творят какие-то несусветные глупости. А последствия разгребать непросто. Даже на бытовом уровне сплошь и рядом тяжёлые необратимые случаи. Что уж говорить в масштабе человечества…
Марат шёл босиком по горячему влажному асфальту. Солнце жгло кожу, но его тело уже привыкло к любым погодным неудобствам. Рад бы носить одежду и обувь, но время ещё не пришло. Зимой, конечно, без одежды никак, но повседневный сложный грим отнимает кучу времени.
Он думал про Лео. То, что Лео появился в «вырванных страницах» — это ещё не приговор, а лишь подтверждение, что он попал в ловушку. Сайт закрытый, туда стекается информация о разоблачённых неви для кротовой верхушки: имя, город, род занятий, портрет, образцы голоса. Но и сами неви регулярно проверяют обновления. Многие товарищи, попавшие в эти списки, уже мертвы. Однако через изображение можно своим передать тайное сообщение. На том портрете у Лео на лице свежий шрам и гематомы. Цвет глаз не голубой, а зелёный. Это и есть знаки. Спецы изучают. С Лео была его подруга. Но она не засветилась. Где же Лена?
По тенистой аллее навстречу Марату шла парочка, держась за руки. Парень — типичный крот: немного сутулый, поверхностный взгляд, блуждающая полуулыбка. Девушка-неви: стройная, светлая, воздушная. Они шли как будто в унисон, но её ладонь в его руке дрожала. Марат встретился с ней взглядом, «всё нормально» — девушка подмигнула. Зачем он ей?
А вот прогуливается образцовая семья: мать, отец и ребёнок — здоровый лось лет с щетиной. Детям до восемнадцати запрещено появляться без сопровождения взрослых в общественных местах, ради их собственной безопасности. Ведь обычные дети сейчас огромная ценность. Вот и эти шагают важно, словно желая показать окружающим — смотрите, у нас есть обычный ребёнок! Жаль, что никто не видит, народу почти нет.
У группы «Лемаржилео» был очень активный фанат, Саймон. Парень писал трогательные письма в соцсети каждый день, рассказывал о себе: что ему пятнадцать, он скучает один дома взаперти, друзей нет, и только любимая музыка дарит радость. Особенно ему нравилась песня «Побег». Мечтал, что однажды он станет свободным. Сам пытался сочинять стихи. И кое-что очень даже неплохо получалось. Но однажды Саймон пропал. Нет его неделю, месяц… Все волновались, что случилось? Стали искать и выяснилось, что под видом подростка Саймона скрывалась взрослая женщина Симона, дочь министра из соседней страны. У неё психическое заболевание. Симона сбежала из дома, её поймали и спрятали в закрытое учреждение. Связи нет. Но, возможно, там есть радио. Лео и Лена написали для неё песню «Саймон».
Марат свернул во двор многоэтажек. Проблемная зона. Дошёл до середины одного из домов и увидел…
Почти чёрная лужа, с ржавым отблеском по краю. В ней крошечное тело, новорождённый неви. Пуповина не зажата.
Мимо проходили кроты — женщина с сумкой на колёсиках, за ней мужчина… Никто не замедлил шаг, они не видели мёртвого ребёнка под ногами.
Рядом кто-то вдохнул.
— Выбросили, — сказала Кара, появившаяся из ниоткуда, как это умеют только неви. Девчонка-подросток, худенький ёжик с острым носом и чёрными глазами. Она присела на корточки, аккуратно подняла младенца на руки.
— С шестнадцатого, мне кажется, — добавила она. — Там всё утро орали, скандалили.
На шестнадцатом открытые окна. У всех, кто сейчас дома, открытые окна. На девятом этаже мелькнула женская фигура.
Был случай в детстве, Марату всего четыре года, они с мамой шли через точно такой же двор. Он обратил внимание на незнакомую тётку, направляющуюся к мусорным бакам. Ему показалось, у неё в пакете что-то шевелилось живое. Котёнок, щенок? Марат бросился к тётке, вырвал из её рук пакет и убежал. Сейчас Алисе уже шестнадцать, студентка, без пяти минут инженер.
— Я возьму его, — сказала Кара, бережно прижимая малыша к себе, будто он всё ещё дышал.