«Джулия, зайди в каюту», — обратился к ней Ферит по невифону.
В этот момент «Сабрина» вздрогнула, запустился двигатель. Прошло пять минут. Никакой обратной связи. Не слышит? Не может отлучиться? Странно. В конце концов, он не кофе попросил принести, важно скоординировать дальнейшие действия. А вдруг она вообще покинула яхту? Но тогда его бы предупредили…
Не дожидаясь ответа, Ферит направился к мастер-каюте Карла. Дверь была приоткрыта. Он толкнул её кончиками пальцев, скользнул внутрь и так же тихо затворил за собой.
Первое, что бросилось в глаза — брошенный на пол шёлковый халат. А затем он увидел её. Обнажённая Джулия лежала на кровати, неестественно вытянувшись, её кожа казалась пугающе бледной, даже синеватой. Она была мертва.
Ферит замер, боясь вдохнуть. В ванной комнате, за полупрозрачной перегородкой, он обнаружил Карла. Тот сидел, привалившись к холодному кафелю, с простреленным виском. Рядом, на залитом кровью полу, лежал пистолет.
Ферит вышел на палубу. Перед взором расстилалась бесконечная морская гладь. Остров уже скрылся за горизонтом.
* * *
— Имя, фамилия, возраст. Как долго вы здесь находитесь и чем занимаетесь, — Паулу вёл допрос персонала, когда в комнату заглянул что-то жующий Микеле.
— Дай угадаю! Ещё одна Карлсон! Они тут все Карлсоны.
— Магда Карлсон, 37 лет, повар. Я всю жизнь здесь, то есть, всегда, — женщина послушно отвечала на вопросы.
— И все они здесь всегда! — засмеялся Микеле.
Магда Карлсон растерянно хлопала глазами, она не понимала, что в этом смешного.
— Где вы бывали за пределами острова в последний год, — продолжал Паулу.
— Как это «за пределами»? Где?
Вопрос её поставил в тупик, или она включила дурочку по сценарию?
— И день рождения у вас 15 октября, как у всех, да? — издевался Микеле.
— Да, — уверенно ответила повариха, опять не находя ничего смешного.
— Вот же артисты, — не унимался Микеле.
— Погоди, дай поговорить с человеком, — перебил его Паулу, — и вам, Магда, это не кажется странным?
— Что?
Понятно, не кажется.
— Хорошо, какое сегодня число, месяц?
— Не знаю. Но точно не 15 октября. В этот день у нас всегда праздник.
* * *
Себастьян Велени, наследник богатейшей династии планеты, скучающе разглядывал пол вольера. Он отказался содействовать следствию. Ожидаемо. Марат понимал, что расколоть его будет непросто. Хотя бы потому, что нет на него никакой наживки. У Велени ни детей, ни страха, ни привязанностей. Он сам напоминал остров, и в то же время — часть какой-то замкнутой системы. Ничего личного, человек-функция.
— Эти помещения не предназначены для посторонних глаз. Поверьте, девушки там нет. Можете убить меня, но двери не откроются. Никто, кроме меня, не имеет доступа. Даже мой персонал.
— И вы готовы сидеть здесь до конца своих дней? — спросил Марат.
— Если речь о моей жизни — я без колебаний расстанусь с ней, но не предам смысл жизни.
— Понятно, у вас там спрятаны какие-то «великие ценности».
— Представьте себе, да.
— Вы уже сообщили на материк о проблеме?
— Разумеется. И хочу заметить, это не такая уж большая проблема, как вам кажется. Все биологические объекты, включая вас и меня, могут быть уничтожены — это мелочь, это не имеет значения. Главное, что остров продолжит жить.
Он говорил абсолютно спокойно, и это пугало.
— Я собираюсь вызвать санавиацию. Надо вывезти детей и их мать, — вмешался Лео. — Я смогу помочь девочкам.
— Детей — пожалуйста, — равнодушно отозвался Велени. — Они ещё слишком малы, чтобы что-то осознавать. Но взрослые останутся здесь.
— Что же нам помешает их забрать?
— Ничего. Просто при попытке вывезти их с острова, они уничтожат себя сами. Хотите посмотреть, как это работает? — усмехнулся старик.
— Чёрт-те что здесь творится… — пробормотал Марат.
Он лихорадочно соображал, что делать. Можно запросить штаб, но что именно искать? Вот задачка…
— Это вы, ребята, творите чёрт-те что. А взрослые люди занимаются взрослыми делами. Говорю же: вызывайте свой транспорт и проваливайте отсюда. Вы для меня неинтересны и, честно говоря, неопасны.
— Зачем же вы нас похитили и держали здесь? — спросил Лео.