- Келл? – неверящим тоном спросила она, - Келл, это правда ты?
Дэрст, к тому времени уже пришедший в себя и теперь потянувшийся за кулькой с водой, чтобы утолить жажду, чуть не выронил ее. Келл? Но этого не может быть!
Мужчина обернулся, и язычок пламени сделал еще резче его грубые черты лица.
- Кимата? – он узнал ее быстрее, чем она его. – А ну пошли вон отсюда! Это моя жена! – скомандовал он двум еще недавно хорохорившимся Рэннерам, и те послушно вышли из палатки. – И вы тоже! – обратился он к сопровождавшим его людям.
Дэрст не верил своим ушам.
- Мать, это… - хотел было спросить он, но мать опередила его с ответом.
- Да, это твой отец, Келл Лэстер, воин и коммунар.
Мужчина подошел к Дэрсту вплотную и, увидев, что перед ним тот парень, которого он вытащил с места казни полуживым, едва не потерял дар речи. Оказалось, он спас собственного сына.
- А ты сильно вырос! Я помню тебя совсем мальцом! – только и смог сказать он.
- Лучше бы ты меня совсем не знал! – в Дэрсте снова проснулся гнев. Свидетели оба солнца, сколько раз он мечтал при встрече с отцом, сказать ему именно эти слова.
- А он дерзкий! – Лэстера, казалось, лишь позабавила эта грубость новообретенного сына.
- Весь в тебя! – в матери также проснулась оскорбленная и покинутая гордая женщина, какой она совсем не казалась до этого момента. – Зачем пришел?
- Я делал обычный обход своих бойцов. Но если ты здесь, считай, что я вновь вернулся.
- Тебя не ждали! Или тебе уже надоела другая?! – коротко отрезала Кимата, хотя сама снова начала собирать столоваться.
- И, тем не менее, я пришел вовремя. Мои молодцы еще те твари, ты уж не сомневайся!
- Будто ты сам не такой! – мать, похоже, была обижена всерьез. Однако отец то ли решил обратить все в шутку, то ли действительно вознамерился вернуться, но он подошел к ней и обнял ее за плечи.
- Кимата, почему ты тогда уехала?
- Ты ушел! Мне было нечем кормить детей. – Голос матери сначала злой и обиженный, вдруг потеплел от неожиданной ласки человека, которого она, возможно, любила до сих пор. – У тебя есть еще две дочери, если ты и про это не забыл!
- Славно! – только и мог сказать ей мужчина, продолжая обниматься и ластиться. – Эй, вейэ, не будешь ли ты стеснен, если поспишь сегодня на огороде и постережешь его от кхарр?
Дэрст вопросительно посмотрел на мать, ожидая ее реакции. К удивлению, она тоже пробормотала что-то о том, что присмотреть за огородом не помешает, особенно в такое смутное время.
- И присмотри за сестрами! – крикнула ему напоследок мать, кажущаяся уже довольной и счастливой.
Дэрст, прихватив с собой еще немного мяса со стола, побрел в густые фиолетовые сумерки, мысленно ругая отца, что тот спохватился так не вовремя, и уже предполагая, что его появление в их жизни принесет столько же бедствий, сколько все остальные проклятые коммунары, пришедшие в их поселение.
Часть 8. Хищник
Прошло уже много оборотов желтого солнца с тех пор, как Келл Лэстер вернулся в дом своей бывшей жены Киматы Нгееваны. Теперь ни Рэннеры, ни другие коммунары уже не могли так свободно заходить ни во двор, ни в палатку матери, и Дэрст немного успокоился за своих сестер. Он продолжал жить на огороде, якобы охраняя его от ящеров и диких гилохий, а на самом деле, потому, что искренне хотел, чтобы отношения между отцом и матерью все-таки наладились.
Но все было как всегда – родители то ругались вдрызг, то мирились, и отзвуки их страсти иногда будили даже спавшего, завернувшись с головой в шкуры, Дэрста. Пока все было относительно спокойно и в поселении, ставшим теперь коммуной – большинство жителей волей-неволей восприняли и новые порядки, и новую веру, кроме, разве что, нескольких стариков, видимо, навсегда ушедших из поселения в Великую Пустошь.
После появления отца Дэрст чувствовал себя одновременно и спокойнее, и напряженнее. Да, нападки на него со стороны чужаков почти прекратились, но его отношение к отцу не улучшилось. Дэрст лишь перекидывался с ним короткими общими фразами при встрече. Для парня Келл Лэстер так и остался еще одним коммунаром.