Лицо человека напряглось. Он тихо выругался и со злостью посмотрел на небо – туда, где желтый карлик полз по кругу красного гиганта, делая жару еще невыносимее. Для гуманоида же это были не солнца, а лики богов, обделивших сегодня его и его род добычей.
Кхарры же не прекращали нападать на уже отставшую от остальных дикую гилохию. Вожак стаи уже успел несколько раз ранить ее и даже выворотить внутренности из-под панциря. Однако человек решил не отступать, а дождаться, когда кхарры добьют свою жертву, а потом уже отнять добычу.
Он был еще молод – ему едва исполнилось 7 циклов по общепринятому исчислению, поэтому риск для него был нормой жизни.
Часть 2. Схватка
Кхарры совершили еще несколько победных выпадов, и бедная гилохия обмякла и перестала двигаться – из-под нее потянулись лужи гемолимфы. Стая заверещала и бросилась на нее, не желая отдавать ни капли жизненного сока этой навечно засохшей и покрытой коркой поверхности.
Один из молодых и менее опытных кхарров решился подойти к полумертвой туше со стороны ее передней части и тут же был убит резким ударом органа-хоботка, при помощи которого гилохии отыскивали пищу, вгрызаясь в твердую сушь. Остальные его сородичи, уже встречавшиеся с такой тактикой, стали еще сильнее раздирать вывалившиеся внутренности и уже начали поедать гилохию сзади изнутри. Кое-кто не побрезговал и начал ковыряться в некстати убитом сородиче. Увидев все это, человек наморщился и злобно пробормотал проклятие. Нет, они не лишат его добычи сегодня, свидетели предки!
Парень – а только лица мужского пола у гуманоидов обычно обладают подобным безрассудством и бесстрашием – дождавшись момента, когда стая кхарров, забыв об осторожности, вовсю пировала, оглашая окрестности хриплыми криками дележки крупной добычи, начал осторожно подкрадываться к ним. Он надеялся на то, что его внезапно появление отпугнет кхарров, небольшие стаи которых предпочитали не связываться с вооруженными гуманоидами. Но человек на сей раз был один, поэтому он мог надеяться лишь на свою внезапность и быстрый испуг рептилий. Но вот если они не испугаются – тогда лишь милость обоих солнц сможет его спасти.
Гуманоид уже почти подобрался к туше гилохии, умело маскируясь за разбросанными повсюду валунами. Кхарры дрались из-за лучших кусков, поэтому пока не замечали его. Парень улучил момент и, достав метательный снаряд из-за пояса, встал на возвышенность и, прицелившись, метнул от колена две острые пластины. Одна из них сразу попала в голову ближайшему кхарру, второй также не успел далеко уйти – вторая пластина перебила ему передние конечности, которые он выставил вперед, словно пытаясь закрыться от нее. Теперь оставшаяся пятерка рептилий заметила нарушителя спокойствия и заняла круговую оборону вокруг туши, надеясь отдать ее лишь с боем.
Человек, возвышенное положение которого было пока выгодным, замешкался, увидев, что кхарры и не думают убегать. Он знал, что они достаточно умны и способны на многое. Человек сразу же оглянулся по сторонам, но когда он снова посмотрел вниз, то заметил, что их осталось только четверо. Сейчас они угрожающе шипели, и двое кхарр стали медленно приближаться к гуманоиду. Наконец, один из них прыгнул, выставив вперед острые когти, но парень успел среагировать и выставить вперед тяжелый щит, которым отбросил нападающего назад, на острые камни.
Гуманоид удовлетворенно посмотрел на упавшего кхарра, который явно сломал себе несколько костей, но переведя взгляд на порванный в нескольких местах когтями щит, нахмурился. Внезапно он почувствовал близкую опасность, на задворках сознания промелькнула мысль о том, что его могли обойти сзади, но прежде, чем он успел повернуться, острые когти кхарра вонзились ему в спину, оставляя на ней глубокие раны. И лишь быстрота действий юноши спасла его от неминуемой смерти или порванных легких – он все же успел увернуться от направленного удара и повернуться лицом к нападавшему.
Вожак стаи кхарров, крупная рептилия с огромными когтями на передних и задних лапах, издал торжествующий крик и снова прыгнул на человека, намереваясь следующим ударом сбить с ног и впиться в горло. Однако парень, забыв о боли, выхватил висевший на бедре нож и метнул его здоровой рукой в уже летевшего на него противника. Каждодневные тренировки по метанию ножа и пластин оказались как нельзя кстати: он довел свое мастерство по владению метательным оружием до совершенства, как и огромный кхарр, который в совершенстве владел своими огромными серповидными когтями на длинных сильных ногах.