«Там ему будет лучше, его там тоже наверняка заждались! Но и мне не стоит медлить со своим делом!» Дэрст громко позвал отца Элары, Кората Ктока.
- Эй, почтенный Кток! Я пришел за твоей младшей дочерью, Эларой Норой! Я знаю, что ты немного просишь за нее и отдашь почти даром, но я, как честный человек, привез тебе достаточно хороших шкур любых расцветок и размеров, чтобы ты оценил мою благодарность тебе за то, что ты сберег ее для меня. Я даю тебе за нее достаточно, разве только хорошее стадо гилохий не пригнал, подзабыв о твоей крайней бедности даже в коммуне! – Дэрст был настолько поглощен образом Элары, маячившим у него в голове уже добрый десяток дней, что громко рассмеялся над собственной не слишком удачной шуткой. Он уже ожидал, что сейчас откроется дверь, и мать буквально вытолкнет Элару ему под ноги, поспешив забрать шкуры, которые смогут обеспечить их сытое существование еще долго, но вместо этого он услышал голос самого Кората Ктока из-за закрытой двери.
- Забирай свои шкуры, Пустынный Ящер! Элара Нора стала женой другого. Ты опоздал со своими гордыми словами!
Часть 17. Другая жизнь
Некоторое время Дэрст Келлер отказывался верить своим ушам. «Как так? Она же только что вступила в пору совершеннолетия! Что за спешка?» Но потом гуманоид решил, что старик просто набивает цену – это достаточно распространенный обычай для того, чтобы будущий жених потрудился, чтобы получить свою невесту.
- У нас с Эларой был уговор! Так что мне некогда играть, Корат Кток! Забирай, что тебе предложено и выведи мне невесту, как положено! – Дэрст рыкнул так, что ему позавидовал бы даже его товарищ-нисток.
- Ты что, оглох, сын ящерицы! Сказали же тебе, что Элара теперь замужем! А теперь проваливай отсюда со своим барахлом! И будь ты хоть трижды Пустынный Ящер…
Последние слова застыли в горле у Норы Рркуины, матери Элары, невероятно полной женщины, вышедшей выбросить во двор остатки костей со скудной трапезы.
- Дэрст? Дэрст из рода Нгеевана? – никто бы никогда не подумал, что округлое лицо этой женщины может настолько вытянуться, а губы так рьяно зашамкать старую молитву двум солнцам. Она уронила кульку с помоями прямо перед собой и, визжа, убежала в дом, из которого вскоре вышел сам хозяин.
- Мы слышали год назад, будто бы ты погиб при пожаре в доме своей сестры. Как видно, и молва иногда ошибается. Но Элара действительно вышла замуж. За твоего сводного брата, Нэка Рэннера. Клянусь Великой Пустошью, это правда. Не веришь – пойди и посмотри!
Потрясенный, Дэрст даже не попрощался с Ктоком. В бессильной ярости он ударил копьем в землю и выскочил со двора быстрее ветров Пустоши.
***
Голова Дэрста Келлера немного охладилась встречным ветром, в ней появились свежие мысли. Во-первых, он решил, что Элара если и вышла за Нэка, то наверняка через силу и то лишь узнав, что Дэрст якобы погиб.
«Значит, нужно встретиться с ней и бежать из коммуны через Пустошь к океану. Там можно неплохо жить – полно добычи! Но сначала нужно забрать то, что я забыл еще тогда, когда невольно ушел в Великую Пустошь на столь долгое время!»
Дэрст прибежал на то место, где он когда-то жил вместе с умирающей мачехой. Палатка еще стояла на месте, хотя и навес был закрыт и собран. Он рванул его и начал искать то, что хотел – личные вещи: фотографии матери с сестрами, одежду, кольцо, которое пришлось одеть на шею. Случайно расшвыряв в поиске вещи Тхэры, он наткнулся на тонкую металлическую полоску с острыми краями – иат – ритуальное оружие женщин-ведхтов. В былые времена он смазывался неслабым ядом, но Дэрст на всякий случай и сейчас взял его крайне осторожно и, обернув в шкуру, тоже сунул в походную суму невероятных размеров. Да, и еще он взял свой детский оберег – коготь некогда убитой им кхарры, который был заботливо спрятан и лежал среди шкур все время отсутствия парня.
Теперь, когда все было уложено, а сам Дэрст быстро срезал ножом отросшие волосы, соскреб с себя грязь мелкой пылью и переоделся в одежду, типичную для всех коммунаров, можно было идти искать возлюбленную.
Найти Элару оказалось делом нетрудным – в это время она работала вместе с остальными женщинами на огромном общем поле коммуны. Дэрст осторожно подошел к огороду и, вглядевшись, вскоре приметил знакомую маленькую фигурку в красном платке (уже в красном?), усердно окапывающую какой-то корнеплод.