– Почему?
Она затушила окурок.
– Он был бабником. Волочился за каждой юбкой, если ты понимаешь, о чем я. Но на меня его чары не действовали. И когда он это заметил, то просто стал меня игнорировать. – Она пожала плечами. – Прости, что говорю тебе такое.
– Все в порядке. Рассказывай.
– Они были очень счастливы вместе. Биргит так и сияла, когда мы виделись. Мне кажется, это были лучшие годы ее жизни.
Филипп отхлебнул кофе. Лучшие годы ее жизни. Еще до того, как он появился на свет.
– А потом родился я.
– Нет, – рассеянно ответила Элла. – Потом появилась другая. Йохен завел роман.
– С кем?
– Понятия не имею.
– Как это? Разве мама не потребовала у него ответа на этот вопрос?
– Она поверить не могла в его измену. «У него просто тяжелый период в жизни, – говорила она. – Ему нелегко. В больнице столько стресса». Но я была уверена тогда и уверена сейчас, что без другой женщины не обошлось. Понимаешь, вечером он не приходил домой, на выходные постоянно уезжал, да и в постели уже былого рвения не проявлял.
– А потом все наладилось?
Элла взяла пачку сигарет, с тоской посмотрела на нее и опять отложила в сторону.
– Не знаю. Биргит забеременела. Она снова была счастлива. Они давно хотели ребенка, но все как-то не получалось. Биргит почти потеряла надежду.
Филипп взглянул вниз, на парк. Перед качелями, на которых он всегда сидел в детстве, испражнялся дворовой пес.
– Йохен тоже был очень рад. Мне кажется, он и правда готов был все начать заново. Дать своему браку второй шанс. Но это не сработало. В 1988 году они развелись. Тебе был ровно год.
– Из-за той, другой?
– Не знаю. Год спустя он устроился в частную клинику в Дюссельдорфе. Сошелся с администраторшей, она забеременела. Остальное ты знаешь, ты там был.
Она все-таки закурила опять.
– Кто его похитил – мне не известно. Может быть, какой-то ревнивец, с женой которого он переспал.
– А имя Вернер тебе о чем-то говорит?
Элла удивленно распахнула глаза.
– Ну конечно! Забыла тебе рассказать. Вернер был очень важным человеком в жизни Йохена. Как и жена Вернера. Как же ее звали? Уф, ну и память у меня… Не могу вспомнить.
– Кем был этот Вернер?
– Другом. Да что там – лучшим другом. Они с Йохеном были неразлучны. Вернер женился приблизительно в то же время, что и Йохен. И у Биргит были очень хорошие отношения с его женой. Я даже немного ревновала. Точно, вспомнила, ее звали Аннетт.
– А ты не помнишь фамилию этого Вернера?
Элла выдохнула дым через нос и задумалась. Через некоторое время она покачала головой.
– Может, я еще вспомню. Но он точно не связан с похищением Йохена. Вернер умер.
– Когда? И откуда ты это знаешь?
– Видела некролог в газете. Но это случилось давно, твоя мать была еще жива.
– От чего он умер?
– Понятия не имею. Правда, не знаю.
– А его жена?
– Она была человеком искусства.
– Певицей? – спросил Филипп.
– Нет, художницей. В то время она пользовалась большим успехом. Но я ее встречала всего пару раз. После развода Биргит как-то перестала с ней общаться.
Филипп посмотрел на часы. Почти шесть. Через час ему нужно встретиться с Вивиан.
– Зоннабенд, – вспомнила Элла.
– Что?
– Это их фамилия. Вернер и Аннетт Зоннабенд.
– Отлично! – обрадовался Филипп. – Это уже что-то. – Он допил кофе. – Мне пора.
– Ни в коем случае! – возмутилась Элла. – Ты еще ничего не рассказал о себе.
– Да нечего рассказывать. Я создал небольшую фирму, делаю программное обеспечение. Дела идут хорошо.
Элла растерянно кивнула. Наверное, она даже не знала, что такое программное обеспечение.
– Еще у меня есть девушка. Мы вскоре собираемся съехаться.
Женщина просияла:
– Правда? Я очень рада.
– Да, мы переезжаем в Швабинген.
К счастью, ситуация с пентхаусом наладилась. Сушка шла полным ходом, а соседи здоровались с Филиппом намного приветливее – оказалось, что страховка покроет расходы на ремонт во всех квартирах подъезда. Новые полы, новые обои, новая мебель. Филипп встал.
– Спасибо за кофе. И за то, что уделила мне время.
– Да ладно тебе. – Элла тоже встала. В его воспоминаниях она была очень высокой, но на самом деле он оказался на полголовы выше ее. – Я была рада с тобой увидеться. Ты отлично выглядишь. Твоя мама тобой гордилась бы.
Это лишь пустая фраза, но ему все равно было приятно.
– Заходи ко мне. – Элла обняла его. – Или хотя бы позвони.
– Обязательно. – Филипп знал, что это ложь.
И Элла это знала.
По дороге домой он позвонил Марселю.