***
Около получаса УАЗ гнал на повышенных скоростях, пока не остановился у двери отделения милиции и через несколько секунд дверь, отделяющая Юрия от свободы, открылась и выпустила его на свежий воздух.
-- Пошли, -- легонько толкнул его в спину сопровождающий милиционер, заводя в дверь отделения.
"Слава богу, что это не восемнадцатиэтажный дом, - подумалось в это время Юрию, едва он вспомнил некоторые детали из прочитанного утром "начала" произведения, и проходя мимо задней дверцы "УАЗа", он увидел сидевшую там между двумя здоровяками Аллу, - и над входом не висит чистенькая-свеженькая табличка (такая же новенькая, как та телефонная будка - мусорное окно...), извещающая, что это ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ N 13..."
-- Ну, рассказывай, -- обратился к нему один из сопровождающих, после того как его (Юрия) ввели в помещение отделения и механическая дверь захлопнулась за ещё двумя вошедшими милиционерами, Аллы среди которых не было. -- Чувствуй себя как на духу.
-- И что же мне рассказывать? -- поинтересовался Юрий.
-- Девчонку где снял? -- ответили ему.
-- Это она сказала, что я "снял" её? -- опять спросил Юрий.
-- Много вопросов задаёшь, -- сказали ему, дожидаясь ответа на свой.
-- Вы выражения-то выбирайте, -- отвечал он. -- "Снял"! Она моя невеста...
-- Ну, это ты в другом месте будешь на уши вешать, -- перебили его. -- А здесь ты нам чистосердечно признаешься во всех своих проступках.
-- В каких ещё проступках? -- никак не мог уразуметь он.
-- Изнасилование, -- медленно, почти по слогам, проговорил ему допрашивающий.
-- Что?! -- У него от удивления аж чуть челюсть не отвисла.
-- Сексуальное насилие над несовершеннолетними, -- повторили ему как плохо слышащему.
-- Несовершеннолетними?! -- теперь он был уже изумлён. -- Во-первых, ей 19 лет...
-- Это она тебе сказала, -- перебили его. -- А по документам ей послезавтра 18 исполняется.
У Юрия не было слов.
-- Сейчас она напишет заявление, -- говорили ему, -- мы составим протокольчик, и твоё "чистосердечное" уже припоздает. Так что садись-ка и напиши всё, пока не поздно - пока тебе совсем хреново не стало.
-- Я не знаю, чего вы хотите, -- говорил Юрий, не зная, чего другого говорить, -- но изнасилования никакого не было.
-- А если тебя побить немного? -- поинтересовались у него милиционеры. -- А может пару пыток провести, и твой язычок всё-таки развяжется?
Но тут, через пластиковую стену, Юрий увидел как в открывшуюся дверь вошла Алла в сопровождении милиционера, направляющаяся в сторону входа в помещение, где Юрия допрашивали.
-- Что они у тебя спрашивали? -- вошла она как хозяйка, меряя окружающих их милиционеров злобными взглядами. -- Эти идиоты решили, что ты изнасиловал меня и заставляли меня написать заявление!
-- На "диких" пляжах очень часто происходят...
-- Разобраться сначала надо! -- прокричала она этому встрявшему милиционеру, -- а потом уже совать свой нос туда, куда собака не лезет ...
-- Разобрались, -- сказал ей дежурный. -- Но ещё один вопросик остался. Вы, женщина, насколько я понимаю, отношения к этому не имеете.
-- Да, -- сказала она Юре, -- про какого-то парня хотят тебя спросить. Расскажи им всё и они от тебя отвяжутся. А я тебе завтра позвоню. -- И она удалилась из отделения, попрощавшись с ним (с Юрием).
-- Про какого ещё парня? -- нахмурил брови Юра, когда автоматическая дверь за Аллой захлопнулась.
-- Недавно поступили сведения, что у тебя на чердаке...
-- Давай лучше перейдём на "Вы", -- перебил его Юрий, заметно побагровев от потери терпения этих фамильярностей, -- мне так удобнее разговаривать.
-- Ну хорошо, -- согласился с ним допрашивающий. -- Итак, нам поступила информация о том, что на чердаке Вашего дома прячется разыскиваемый преступник. И для Вас же лучше рассказать нам всё, что Вам об этом известно.
-- Как это, прячется? -- не понял Юра, решив, что его опять разыгрывают. -- Это что, новый "прикол"?
-- Не так чтобы, -- ответил ему тот. -- Но Вам об этом должно быть некоторое известно.
-- Это почему же?
-- Потому что сегодня этот разыскиваемый утерял у Вас на чердаке одну вещь и Вы должны были обязательно её обнаружить.
-- Дорогие мои, -- проговорил Юрий с усмешкой в голосе, -- я на своём чердаке последний раз был 16 лет назад. Какие вопросы?
-- Да, но сегодня утром был зафиксирован факт того, как Ваш дед, Василий Иванович, взбирался на чердак Вашего дома по лестнице. Это-то Вы не будете отрицать?
-- Мой дед? -- переспросил он, ошарашено оглядывая всех до единого милиционеров. -- Мой дед шестнадцать лет назад... -- вырвалось из его уст не то, что он собирался сказать, но его тут же перебили:
-- Ничего подобного! Три года уже Ваш дед как отмечен в сводках милиции. За ним и убийства и грабежи и чего только нет, -- говорил этот милиционер, пока другой вставлял кассету в видеоприёмник и на экране небольшого телевизорика Юрий мог разглядеть себя, обливаемого ливнем, в яркооранжевом комбинезоне, взбирающегося по деревянной лестнице на чердак и закрывающего следом за собой дверь; на этом месте запись и прервалась. -- Сейчас очень много людей "умирает", -- продолжал тот. -- Их хоронят как положено, свидетельства о смерти получают. И всё! После этого за такими людьми тянется очень длинная цепочка преступлений. Но милицию не обманешь. Так что лучше рассказывайте всё как есть.