По ванной цвета морской волны разбросаны косметика и лекарства. Полураздетая Бренди на полу, усыпанном таблетками, капсулами и пилюлями.
— Он ее сводный брат, — отвечает она.
Дверная ручка начинает дергаться.
— Вы должны мне помочь, — кричит Паркер.
— Перестаньте, мистер Паркер! — командует Бренди, и дверная ручка замирает на месте. — Успокойтесь. И не входите сюда. Что вам следует сделать, — Бренди смотрит на меня, — что вам следует сделать, так это вернуться к Эллису и прижать его к полу, чтобы он не поранился. Я спущусь к вам буквально через минуту.
Бренди смотрит на меня и улыбается. Ее губы — графитовая дуга.
— Паркер? Вы меня слышите? — спрашивает она.
— Пожалуйста, поторопитесь, — раздается из-за двери.
— Идите вниз и прижмите Эллиса к полу, — говорит Бренди. — Всуньте что-нибудь ему в рот. У вас есть бумажник?
Паркер отвечает не сразу:
— Он из кожи угря, мисс Александр!
— Значит, вы должны им гордиться, — отвечает Бренди. — Вам следует протиснуть его между зубов брата мисс Скоции. Сядьте на Эллиса, если это потребуется.
Бренди, она само воплощение зла, лежащее у моих ног.
Откуда-то снизу слышится звон бьющегося стекла.
— Быстрее же! — взмаливается Паркер. — Он что-то громит.
Бренди облизывает губы.
— Когда разожмете ему зубы, попробуйте схватить его за язык. В противном случае он может запасть ему в горло, и тогда вам придется сидеть на мертвом теле.
Молчание.
— Вы меня слышите? — спрашивает Бренди.
— Говорите, я должен схватить его язык?
Снизу опять раздается шум. Бьется что-то настоящее и дорогое.
— Мистер Паркер, мне кажется, я все понятно объяснила, — говорит принцесса Александр. Ее душит смех, поэтому она красная как рак. — Придавите Эллиса к полу, разожмите ему челюсть и вытащите его язык — так далеко, как только сможете. Скоро я приду и помогу вам.
Дверная ручка поворачивается.
Мои вуали и покровы на раковине, мне до них не дотянуться.
Дверь растворяется настолько, что Паркеру во всей красе видна хихикающая, полураздетая Бренди, растянувшаяся на усыпанном таблетками полу.
И я, сидящая на унитазе.
А мне видно лицо Паркера с недоуменно сдвинутыми бровями.
Бренди вскрикивает:
— Мы с мисс Арден Скоцией заняты!
Паркер захлопывает дверь. По-видимому, перспектива держать язык бьющегося в припадке незнакомца кажется ему более привлекательной, чем лицезрение монстра, сидящего на унитазе — улитковой раковине.
Мы слышим, как его тяжелые шаги поспешно удаляются.
Звучат на лестнице.
Потом в холле.
Он направляется в гостиную.
Раздается вопль Эллиса — внезапный и настоящий. Где-то вдалеке, внизу. А потом все смолкает.
— Итак, — произносит Бренди. — На чем мы остановились?
Она опять укладывает голову между моих ступней и спрашивает:
— Ты не подумывала прибегнуть к услугам пластических хирургов? Ударь меня.
Глава девятнадцатая
Если вам доводилось выпивать с пьяницами, вы наверняка знаете об одной их особенности: они наполняют ваш стакан только для того, чтобы беспрепятственно осушить собственный. Пока вы продолжаете пьянствовать с алкоголиком, выпивка кажется ему вполне приличным занятием. Двое — это уже компания. Пока бутылка не опустошена, пьяница, даже если вы ни разу не выпьете до дна, будет подливать и подливать вам спиртного. И вновь и вновь наполнять свой стакан.
Это выглядит как щедрость.
Так и Бренди Александр, она постоянно заводит со мной разговор о пластической хирургии. И спрашивает, почему я не задумаюсь о ней всерьез. Грудь Бренди набита силиконом, ее талия обработана липосакцией. Бренди — песочные часы, 46-16-26 Катти Кэти, продукт волшебного деяния сказочной крестной, «прекрасная леди» из «Пигмалиона». И мой брат, восставший из мертвых. Вот кто она такая. Бренди Александр — творение пластических хирургов.
И наоборот.
Разговор в ванной.
Бренди все еще лежит на холодном полу, выложенном плиткой, на верхушке Капитолийского холма в Сиэтле.
Мистер Паркер пришел и ушел. Все послеобеденное время мы с Бренди вдвоем.
Я так и сижу на привинченной к стене гигантской раковине улитки. И пытаюсь убить королеву абсолютно бестолковым способом. Ее рыжеволосая голова между моих ступней.
По всему полу цвета морской волны разбросаны помада и таблетки демерола, румяна и перкоцет-5, баклажанные грезы и нембутал.
Я так долго держу в руке пригоршню валиума, что моя ладонь приобрела синий цвет Тиффани.