Я — человек, у которого ты похитила жениха, твоя бывшая лучшая подруга, и меня не интересует, что ты можешь сказать в свое оправдание. Перешли деньги, и я буду считать, что наше знакомство — дело прошлое, не пойду в полицию и не потребую упечь тебя в ТЮРЬМУ. В которой дни и ночи напролет тебе пришлось бы бороться за свое достоинство и за жизнь. В которой и того, и другого ты наверняка лишилась бы. Кстати, я сделала серьезную операцию по восстановлению лица и теперь выгляжу еще лучше, чем раньше. Манус Келли со мной, любит меня и постоянно твердит, что тебя он ненавидит и готов на любом суде подтвердить, что ты сучка.
Подпись: Я.
Перенесемся на побережье Тихого океана, к табличке у обочины дороги «ДОМ ПРОДАЕТСЯ».
Денвер говорит нам с Бренди, что, пока он будет заговаривать зубы риелтору на первом этаже испанской гасиенды, мы должны подняться наверх. Найти спальню хозяев несложно — обычно ее дверь имеет самый шикарный вид. А в ванной, примыкающей к спальне хозяев, как правило, и хранятся основные лекарства.
Манус работал детективом. Несомненно, работал, если считать детективной деятельностью виляние задницей, обтянутой узкими трусиками «Спидо», по кустам Вашингтон-парка и надежду на то, что вот-вот повстречаешь сексапильного «любителя», у которого при виде тебя вскочит член.
Красота — это сила, равно как деньги, равно как заряженный пистолет. А Манус с его квадратно-челюстной скуластой сногсшибательной внешностью мог бы запросто работать моделью для нацистских постеров.
Однажды утром, в тот период, когда Манус еще боролся с преступностью, я застала его на кухне квартиры, в которой мы жили вместе, срезающим корочку с куска хлеба. Я замерла от умиления. Хлеб без корочки напомнил мне о детстве. Я подумала, Манус хочет сделать мне тост.
Я ошиблась.
Манус в белых «Спидо» поднимается со стула и подходит к большому зеркалу.
И спрашивает:
— Если бы ты была парнем-геем, захотела бы трахнуть меня в попу?
Манус переодевается в красные «Спидо» и опять задает мне тот же самый вопрос:
— Как ты думаешь, у тебя возникло бы желание вставить в мою задницу?
Подобные дни я с удовольствием вычеркнула бы из памяти.
— Что мне нужно, так это чтобы мой член был внушительных размеров, а зад всегда оставался крепким и юным.
Он засовывает кусок хлеба в свои «Спидо» спереди.
— Уверяю тебя, к подобным трюкам прибегают все модели, демонстрирующие нижнее белье. Смотри, каким ровным, гладким и безобидным он выглядит.
Манус крутится перед зеркалом, рассматривает себя со всех сторон и спрашивает:
— Может, стоит положить еще кусочек?
Работа Мануса детективом заключалась в том, что в хорошую погоду он разгуливал по улице в сандалиях и своих счастливых красных «Спидо», в то время как неподалеку в машине сидели двое переодетых полицейских и ждали, что на их приманку попадется жертва. Их надежды оправдывались чаще, чем вы можете себе представить.
Манус был единственным участником кампании по очистке Вашингтон-парка. Если бы он работал обычным полицейским, столь значительный успех никогда бы ему не сопутствовал. Зато никто никогда в него не стрелял.
Все это отдавало историями о Джеймсе Бонде, шпионами и приключениями.
У Мануса, помимо всего прочего, был чудный загар. А еще ему делали скидку при посещении спортзала и покупке новых «Спидо».
Перенесемся к риелтору в Санта-Барбаре. Он трясет мою руку и еще и еще раз повторяет мое имя. Дэйзи Сент-Пейшнс, Дэйзи Сент-Пейшнс. Так себя ведут, когда хотят произвести благоприятное впечатление. Но на мои вуали и покровы он не смотрит. Глядит на Бренди и Денвера.
Ему приятно со мной познакомиться, в этом я не сомневаюсь.
Дом представляет собой то, что воображаешь себе, когда видишь его снаружи.
В центре гостиной, под люстрой из кованого железа, стоит большой рубцеватый стол на трех ножках, исполненный в стиле, созданном по образцам старинных испанских католических миссий в Калифорнии. На нем расшитая серебром испанская шаль с бахромой. На этом столе можно танцевать.
Мы представляем одну телезвезду, имени которой назвать пока не можем, говорит Денвер риелтору.
Мы — передвижная команда, занимающаяся поисками летнего домика для этой безымянной знаменитости. Мисс Александр — специалист по определению выделяемых архитектурными сооружениями летальных испарений и оценке токсичности различных материалов.
— Из нового ковра, например, — говорит Денвер, — на протяжении целых двух лет выделяется ядовитый формальдегид.