— Это ваша единственная личность? — спросила она. — Или есть и другие?
— Сэр Остин — единственная личность, которой я готов поделиться.
— Сколько их у вас?
Он вздохнул.
— Одна для моей настоящей жизни. Другая для роли, которую я решился играть. Еще одна — доктор в репродуктивном центре, когда я подыгрывал твоим человеческим родителям. Я не мог быть их врачом и ближайшим соседом, в конце концов… но думаю об этом, ты уже догадалась.
Она кивнула, даже при том, что она действительно не думала об этом.
Еще один слой странности к ее жизни.
— И это все, что я скажу сейчас, — произнес мистер Форкл твердо. — Ты можешь это принять?
Софи посмотрела ему в глаза, все равно не видя в них Сэра Остина.
— Ты ведь не Олден, правда?
Мистер Форкл рассмеялся.
— Даже со всеми этими эликсирами, я бы никогда не смог быть настолько красивым.
Он был прав.
— А что насчет Тиергана? — Ее наставник телепатии всегда был загадкой. И он был рядом с Прентисом.
— Ты можешь перестать гадать. Даже если это так, я тебе не скажу.
— Значит, это «да»? — надавила она, не уверенная, что сделает, если это окажется правдой.
— Я — не Тиерган. И это последнее, что я собираюсь тебе сказать.
— Нет, вы должны, по крайней мере, сказать мне, если я встречалась с вами.
— Конечно же нет. Мы достаточно поговорили обо мне. Пришло время для тебя. Я могу увидеть тайник Кенрика?
Ладони Софи стали потными, когда она вручила ему мраморный шарик.
— Не могу поверить, что ты носишь его в своем кармане, — сказал он.
— А что мне с ним делать?
— Это мы и должны выяснить. — Он поднял шар к свету. — Оралье очень храбрая, что отдала его тебе.
Софи проглотила комок вины.
— Как вы думаете, каким будет ее наказание?
— Невозможно знать. Она пересекла черту, которую нельзя пересекать. Но она знала это, когда дала тебе тайник, так что я уверен, что она готова. Оралье гораздо умнее, чем ты думаешь. Легко недооценить тихую красавицу.
— Что правда, то правда, — сказал Киф, входя в комнату.
— У вас множество качеств, мистер Сенсен, но тишина не является одним из них.
— Так вы говорите, что я — красавец?
Мистер Форкл нахмурился.
— У нас приватный разговор.
— Тогда вам не стоило устраивать его в общей комнате. — Киф шлепнулся на одно из кресел-мешков, устроив по удобнее ноги. — И, между прочим, Сэр Остин? Как вы могли быть Наставником, в то время как вы жили рядом с Софи на земле людей?
— Это тайна, которой я не готов поделиться.
Киф встал и обошел мистера Форкла.
— Бьюсь об заклад, могу угадать другие ваши личины.
— Я думал, что у вас есть проект, над которым нужно поработать, — напомнил ему мистер Форкл. — Что-то, что нужно сделать с воспоминаниями?
— Да… но это оказалось не то, что я думал. — Он пытался не обращать на это внимания, но его кулаки были сжаты. — Кроме того, я подумал, что должен быть хорошим другом и проверить Фитца. Не заходите туда. Это довольно Большой Блевотный Фестиваль Васкера. Каждый раз, когда Фитц извергает черную грязь, от этого тошнит Биану, потом Делла все убирает… и это повторяется снова!
— Значит, ему хуже? — спросила Софи.
— На самом деле, он выглядит довольно хорошо… ну, знаешь, когда он не давится ядом жука. Теперь он проснулся, и у него даже появился румянец на щеках. Но я не мог сидеть там. Я не знаю, как это получается у Декса.
— Замечательно, когда можно все выдержать, когда все наказывают себя. — Мистер Форкл покатал тайник в ладони прежде, чем вернуть его Софи. — Защита этого — теперь твоя ответственность. И ты должна серьезно к этому отнестись, как делают Члены Совета. Они клянутся своими жизнями, что никогда не выпустят его из рук.
— Но я думала, что вы не хотите, чтобы я его везде таскала.
— Это не так. Ты не пыталась получить доступ к тайнам в тайнике, не так ли?
Софи покачала головой.
— Хорошо. И не пытайся. Я не мог сказать, блефовала ли Оралье, когда предполагала, что Кенрик дал тебе возможность открыть его, но ее рассуждения имеют смысл… и поверь мне, когда я говорю, что ты не захочешь этой ответственности. Есть причины, почему Члены Совета стирают эти тайны из своих умов.
— А тайны в каждом тайнике одинаковые? — спросил Софи, гадая, вдруг там было что-то о дракостомах. Это объяснило бы реакцию Совета, когда она упомянула, что отдаст тайник гномам.
— Совет разделяет тайны, чтобы гарантировать, что каждый из них в ответе только за защиту части. Этот тайник содержит сем частей.
— Ладно, но вот чего я не понимаю, — влез Киф. — Как это помогает забыть о чем-то? Не похоже, что оно может заставить тайну исчезнуть.