Фелипе подошёл ближе, практически поднялся на сцену. Мэр повернулся, заметил его, меня и подался назад, под защиту бизнесменов, делая вид, будто слушал их со всем вниманием.
— Бар! Встретимся в баре! — крикнул ему Фелипе.
Мэр не подал виду, что услышал.
— Мы можем тебе помочь! Мы тоже Невидимки!
При слове «Невидимки» мэр резко развернулся к нам. Понять, что он чувствовал, было невозможно. Очевидно, он был шокирован и взволнован, однако, вместе с тем, по выражению его лица было заметно, что он также рад и воодушевлен. Он смотрел на нас. Мы смотрели на него. Мужчины, видимо, заметили перемену в поведении мэра и оглядели толпу.
Фелипе быстро развернулся, схватил меня под руку и потащил обратно к бару.
— Идём, — бросил он.
Вскоре мы оказались с остальными.
— Синатра сел вон за тот большой стол, — сказал, указывая, Джуниор. — С ним Боб Хоуп и ещё какая-то шишка, я его не узнал. Считаю, надо брать их всех.
— Никого мы брать не будем, — заявил Фелипе.
— Но я думал, мы хотели привлечь внимание.
— Мы хотели привлечь внимание, чтобы обратить его на проблему Невидимок, дабы помочь остальным. А не для того, чтобы самим стать знаменитыми. Мы собирались использовать это внимание, чтобы решить эту проблему. Не знаю, дошло ли до вас, но для меня очевидно, что нашего друга мэра выгоняют с должности именно потому, что он — Невидимка. Полагаю, им нужен кто-то более яркий, тот, кто будет привлекать больше внимания. Мы можем сделать что-то действительно полезное, помочь собрату по несчастью. Таким образом, у нас появится возможность закрепиться во власти.
Я уже давно не слышал столь вдохновенных речей от Фелипе, меня самого охватило какое-то подобие куража.
Вот для чего я стал террористом.
— Джо Хорт, как мэр Дезерт Палмс способен сделать для Невидимок больше, чем любое похищение. Вот это — настоящий прогресс. Серьезный прорыв.
Я посмотрел на сцену. Один из бизнесменов ушёл. Двое других всё ещё стояли рядом с мэром.
— Как считаешь, он уже грохнул своего начальника? — спросил я.
Фелипе помотал головой.
— Не знаю. Вряд ли. — Он тоже смотрел на мэра. — С ним всё иначе. Не думаю, что ему вообще придётся это делать.
— Почему?
— Я не знаю.
Я ничего не понял, но поверил ему.
Примерно через полчаса мэр, наконец, подошёл к бару. Он нервничал, весь вспотел и постоянно оглядывался, будто хотел убедиться, что за ним никто не следил. Он явно удивился, увидев такую большую компанию, и не сводил глаз с Мэри.
— Рад, что вы присоединились к нам. — Фелипе протянул ему ладонь.
Мэр пожал ему руку.
— Вы… вы кто, ребята?
— Мы — Невидимки, как и вы, — ответил Фелипе. — Мы называем себя Ужасом Простых Людей.
— Ужасом?
— Мы пришли, чтобы помочь вам. — Он поднялся, следом за ним встали и остальные. — Идём к нам. Нам есть, что обсудить, есть что распланировать.
Мэр смущённо кивнул и мы, все четырнадцать человек, прошли сквозь толпу, мимо охранников и вышли в прохладу ночи.
13.
Как и я, Джуниор, Пол и Тим, Джо Хорт отлично влился в нашу компанию. Мы мгновенно подружились. Он знал нас, мы знали его, но хоть раньше я, наблюдая подобное товарищество, чувствовал себя спокойно и счастливо, сейчас меня обуревала тревога.
Что мы такое?
Эта мысль постоянно преследовала меня.
Мы привезли Джо к себе в мотель, но он тут же настоял, чтобы мы переехали к нему домой и не пожелал слушать никаких возражений. Пока остальные собирали вещи, Фелипе рассказывал ему о террористах, о том, кем мы были, к чему стремились. Мэр слушал очень внимательно и, видимо, слова Фелипе его воодушевили.
— Кажется, мы можем помочь вам, — сказал ему Фелипе.
— Помочь мне?
— Помочь удержаться в кресле мэра. А вы, в свою очередь, поможете нам. Это может стать началом долговременного плодотворного сотрудничества. В вашем лице у нас появляется возможность дать политическую власть людям, которых прежде никогда не замечали.
Мэр помотал головой.
— Вы не понимаете. Я сижу в этом кресле лишь потому, что делаю всё, что они скажут. И они об этом знают. Им нужен кто-то, кто будет выполнять их приказы и сам при этом будет максимально незаметен…
— «Они» — это кто?
— Местные бизнесмены и самые уважаемые и состоятельные горожане, — с сарказмом произнес Хорт. — Я посмел принять одно небольшое самостоятельное решение и теперь меня выбрасывают на улицу.