Эта красотка была настоящей греческой богиней с густыми длиннющими ресницами и ярко подведенными контуром глазами, такой, как Бетти и Вероника и остальные девчонки Арчи с Ривердейл-Хай. Ее руки и шею обвивали жемчуга. Тут и там на богине поблескивали какие-то другие камни, скорее всего бриллианты.
На обложке красовалась надпись: Мисс Рона.
Своими золотыми туфлями Бренди Александр перепачкала белоснежное одеяло.
— По-моему, я только что узнала, кто есть настоящий Бог! — воскликнула она.
Буквально через десять секунд в спальне появился риелтор.
Вернемся к нескончаемым прелестям природы, проплывающим мимо нас: зайцам, белкам, спадающим стремительными потоками вниз водопадам. К сусликам, роющим секретные подземные ходы. К гнездящимся на деревьях птицам.
— Принцесса Б. А. — это Бог, — сообщает Сет, глядя на мое отражение в зеркале заднего вида.
Перенесемся к кричащему риелтору, поспешно поднимающемуся по лестнице. Хозяева гранитного замка уже подъезжают к парадному входу.
Бренди Александр, с расширенными зрачками, едва дышит от волнения.
— Рона Барретт, — произносит она. — Рона Барретт — мое новое сверхсущество.
Перенесемся в мчащийся по шоссе «линкольн-таун».
— Рона Барретт — Бог, — говорит Бренди.
Окружающий нас мир нещадно истребляется. Эрозией и насекомыми, не говоря уже о человеке. Все разлагается, с твоей помощью и без нее.
Я проверяю, достаточно ли в моей сумке спиронолактона для Сета.
Мы проезжаем мимо очередного рекламного щита:
ОТМЕННЫЕ ЛАКОМСТВА ИЗ ОТРУБЕЙ — ОТПРАВЬ В СВОЙ РОТ НАСТОЯЩУЮ ВКУСНЯТИНУ
— В этой книге-автобиографии, — заявляет Бренди Александр, — в «Мисс Роне», опубликованной в 1974 году «Бентам букс» при содействии «Нэш паблишинг корпорэйшн», расположенной на бульваре Сансет в Лос-Анджелесе, штат Калифорния… — Бренди вдыхает пахнущий новым автомобилем воздух, -…и охраняемой авторским правом, в своей книге мисс Рона рассказывает о том, как она, будучи маленькой еврейской девушкой-толстушкой, страдающей странным заболеванием мышц, в один прекрасный день начинает совершенно новую жизнь.
Бренди говорит:
— Эта маленькая пухлая брюнетка вдруг превращается в суперпопулярную роскошную блондинку, и потом знаменитый секс-символ умоляет позволить ему ввести в нее член хотя бы на пару сантиметров.
Ни у одного из нас больше нет родного языка. Мы проезжаем мимо следующего рекламного щита:
НОВЫЙ СОРТ МОРОЖЕНОГО С СИРОПОМ! МОРОЖЕНОЕ ТУТЕРА — ТЫ ЗАВИЗЖИШЬ ОТ УДОВОЛЬСТВИЯ!
— Сколько испытаний выпало на долю этой женщины! — восклицает Бренди. — Вот здесь, например, на странице сто двадцать пятой, она чуть не захлебнулась собственной кровью. Тогда ей только-только сделали операцию на носу. За рассказы, которые Рона пишет, ей платят всего по пятьдесят баксов, но она сумела накопить тысячу долларов на эту операцию. Случилось первое в ее жизни чудо! И вот Рона лежит в больнице, ее нос переделан, а голова обмотана бинтами, как у мумии. К ней приходит подруга и рассказывает, что в Голливуде болтают, будто она лесбиянка. Мисс Рона — лесбиянка! Естественно, это чья-то выдумка. Эта женщина — богиня! Рона начинает кричать, кричать, кричать, и у нее в горле лопается артерия.
— Аллилуйя, — произносит Сет, опять умываясь слезами.
— А здесь, — Бренди облизывает подушечку указательного пальца и перелистывает несколько страниц, — на странице двести двадцать два, Рону опять оставляет ее друг, одиннадцатилетний мерзавец. На протяжении нескольких недель ее мучает кашель, она выпивает горсть таблеток и отключается. Ее находят в полукоматозном состоянии, и надежды на спасение практически нет. Врач «скорой помощи»…
— Слава богу! — прерывает Сет.
Мимо нас проплывают деревья. Они растут там, где им хочется.
— Сет, милый, — говорит Бренди, — не перебивай меня. Врач «скорой помощи» уверен, что Рона скончается по пути в больницу.
Тучи, состоящие из водных испарений, висят наверху, то есть на небе.
Бренди поворачивает к Сету голову:
— Сет?
Сет отвечает:
— Аллилуйя!
Дикие маргаритки и индейские кисточки, проплывающие мимо, — это тоже гениталии, но гениталии другой формы жизни.
— В прологе к книге «Мисс Рона», изданной в 1974 году, — говорит Бренди, — Рона Барретт — в девять лет у нее уже были здоровые сиськи, и ей хотелось отрезать их ножницами, — так вот, в прологе Рона рассказывает, что она похожа на животное со вскрытым телом. С выставленными на всеобщее обозрение органами, печенью и толстой кишкой, полными жизненной энергии, блестящими, находящимися в движении. Все яркое, влажное, пульсирующее. Она говорит, что может подождать, пока кто-нибудь не зашьет ее тело, но уверена: этого никто не пожелает делать. Поэтому ей необходимо взять иглу и нитку и самой приниматься за работу.
— Какой кошмар! — морщится Сет.