Алевтина была права. С виду вроде бы барби, но какая-то странная. Саша присмотрелся, насколько позволял свет. На теле куклы были нарисованы десятки шрамов. Цвет ее кожи был как лоскутное одеяло – черное, белое, желтое, красное и т.п.
– Наверное, это барби «Франкенштейн»?
Тезка сморщила нос.
– Я спрашивала не кто это, а нравится тебе она или нет?
– Думаю, нет, – переведя взгляд с девочки на тестя, ответил Саша.
– Жаль, дядя Саша, очень жаль.
– Знаешь, я все-таки предпочитаю живых и целых. Они мне как-то симпатичнее.
Девочка обижено надула губки и вздохнула.
– Понятно, значит, мы с вами дружить не будем.
– Это еще почему? – удивился Александр.
– Потому что я, когда вырасту, стану вот такой.
Девочка выставила руку вперед, показывая свою ужасную игрушку во всей ее «красе».
– Вот такая пошла молодежь, – посмеиваясь, сказал тесть. – Иди ко мне, моя девочка, давай дядю Сашу чаем нашим угостим.
Тезка безропотно помогла дедушке разлить по белоснежным чашкам черный чай. Его аромат бодрил. Кирилл же тем временем уже клевал носом.
– Глаша! – куда-то в темноту крикнул тесть, – сестренка, иди-ка сюда.
Через некоторое время из мрака появилась маленькая, худенькая старушка в фартуке. По ее виду невозможно было предположить, что она была родственницей Василию Васильевичу. Он был на полголовы выше Александра, не уступал ему в ширине плеч, а жилистые руки смотрелись ничуть не хуже накаченных мышц зятя.
Василий Васильевич погладил свою густую седую шевелюру и сказал сестре:
– Забирай-ка ты нашего бойца. Он на сегодня пал в неровном бою с превосходящими силами сна.
Старушка отозвалась скрипучим голосом.
– Конечно. Я ж тебе и Ирке говорила, что Кирюше давно пора спать. Э-эх, старый ты черт.
Старушка бережно взяла на руки ребенка. В какой-то момент показалось, что она вот-вот уронит его. Саша хотел было встать, чтобы помочь, но тесть, нахмурив густые черные брови, жестом остановил его.
Старушка скрылась во мраке за кругом света.
Тесть отхлебнул чай и жестом предложил сделать то же Александру.
Чай был горячим, он тут же смыл остатки сна и заставил сердце биться немного быстрее.
– После такого чая уж точно спать не захочешь.
Тесть, взяв из пиалы, наполненной конфетами, «коровку», развернул ее и стал пить чай вприкуску. Он подмигнул девочке.
– Эй, Александра. А ты что не пьешь? Вот выпьешь и уснешь как мертвец. Пушками не разбудят.
Тезка тут же взяла чашку и принялась пить чай. Куклу она положила рядом с собой на стол. Вместо конфет она стала есть чипсы со вкусом лука и сметаны, пакет с которыми все это время незамеченным лежал на скамье.
– Как ты это можешь есть с чаем? – возмутился в очередной раз Александр, но девочка ловко и быстро опустошила весь пакет.
– Вот и хорошо. Попили чайку, а теперь и поговорить можно.
Тезка принялась после чая с чипсами есть зефир из пиалы.
– Саша, – обратился Василий Васильевич к зятю. – Завтра у меня праздник, а вот послезавтра будет разговор с моими детьми. Серьезный разговор. Приглашу и тебя. Но сейчас хочу я тебе кое-что наперед сказать. Но попрошу тебя о нашем разговоре никому ничего пока не говорить. Обещаешь?
– Обещаю.
Свет в светильнике мигнул, но тут же вновь загорелся.
– Стар я стал и хочу, пока еще в сознания и ясном уме, как любят говорить нотариусы, разделить все, чем я владею, между моими наследниками.
– Это я понимаю, но разве вы не знаете, что мы с Полиной в будущий понедельник разведемся? Так что я, наверное, вас огорчу, но этот разговор не по мою душу.
Старик самодовольно ухмыльнулся, опять обнажив свои белоснежные зубы. Пригладил волосы и продолжал:
– Все я знаю про твои похождения и их последствия. Не рад я этому, но по-мужски тебя понимаю! Зла на тебя сейчас не держу. Знаю, что все ты осознал и пытаешься исправить. Вот только доченька моя ужасно упрямая и тяжело ее переубедить будет. Но время еще есть. Все изменится, помянешь еще меня. Бывает за день, да что за день, за час все в жизни меняется.
Саша и хотел бы верить словам тестя, но что делать со своей бедой, не знал.
– Да и неважно для меня, если честно, муж ты моей дочери или нет. Приглянулся ты мне. Вот и хочу я оставить тебе в наследство кое-что очень дорогое, важное, но очень опасное. Потому и решил наперед с тобой поговорить.
Саша был заинтригован. Что такое может быть важным и опасным, что мог бы передать ему тесть?