В час Ч мы прибыли на место сбора. Встречал нас с Виталиком цельный полковник, вся грудь в медалях: 5, 10, 15, 20 лет безупречной службы, за участие в Параде в честь 40-летия победы в Пограничной войне, значок «Отличник строевой подготовки» и множество других, не менее значимых наград, с нашивкой «Отдел Депортации Инопланетян» на плече.
— Старший лейтенант Грачев прибыл, — отрапортовал я.
— Грачев? — улыбнулся полковник. — Родственники, что ли? Я тоже Грачев.
Шутка была абсолютно не смешной. С момента появления человечества на этой планете, количество фамилий было сильно ограничено. Некоторые ветви вообще прервались. И разнообразия в этом вопросе сильно не хватало. Да, в каком-то колене мы все родственники. Более того — принимая во внимание, что с первых дней перепись населения велась весьма скрупулезно, то по каждому ныне живущему можно досконально установить, кому он родственник и в каком колене.
Но я не посчитал нужным портить отношения с новым командиром, пусть и временным.
— Не могу знать, товарищ полковник! — бодро ответил я.
С первых дней офицерского училища я усвоил одну простую истину — если не знаешь, что ответить, выбирай из трех фраз: «Не могу знать!», «Виноват!», «Примем меры!». Чередуя их можно продолжать диалог со старшим по званию сколь угодно долго.
Конвой состоял из четырех машин: головной и замыкающий — джипы с пулеметными турелями, второй в колонне — БТР, третий — бронированный грузовик, обычно служивший для защиты пехоты, но сегодня — для транспортировки единственного пленника. Кроме сотрудников ОДИ присутствовали полтора десятка бойцов штурмовой бригады ЦСН. В броне пятого класса, со стрелково-гранатометными комплексами Горын… я в бронежилетике, каске и Калашматом выглядел голым в сравнении с ними.
— А что, мы ожидаем каких-то неприятностей? — со свойственной прямотой поинтересовался Виталик.
— А? Не, фигня, — отмахнулся полковник. — Прогуляемся туда-обратно, поменяем черта на человека, и всех делов.
На счет «туда» я не сомневался. А по поводу «обратно» у меня возникли большие сомнения. Если наличие цельного полковника с такими выдающимися регалиями еще можно было объяснить важностью пленника и необходимостью произвести впечатление на инопланетян… медалек можно навешать вообще любых, сомневаюсь, чтобы скаги в них разбирались. Главное, что всякие блестяшки они уважают. То штурмовая бригада, БТР и крупнокалиберные пулеметы вызывали опасения уже у меня. Еще и спешность обмена, из-за которой мы окажемся на территории противника как раз к началу Невидимого Солнца. Хавала Тилису, Единому В Трех Ликах, из оружия у чертей были лишь автоматы да ружья. Остальное для них слишком сложно. Их огонь броня джипа выдержит. Должна.
Когда вывели пленника, закованного в цепи, я понял причину спешки. Древний скаг, подслеповато щурящийся в лучах двух солнц, еле передвигающий ноги. Конечно, зачем его расстреливать? Он сам, не ровен час, кони двинет.
Инопланетянина, как мешок картошки, зашвырнули в грузовик, следом забрались двое штурмовиков. Мы тоже заняли свои места в транспорте и тронулись в путь. Я, Виталик и полковник сидели в замыкающем джипе.
Оказывается, когда не управляешь автомобилем — появляется куча времени, чтобы поглазеть по сторонам! Это в районе своего патруля я очень хорошо знаю город. Могу проехать вслепую. Замечаю каждую новую трещину на фасаде, каждый камень мне знаком. Но в этой части Грачевска я бывал достаточно редко. И то — за рулем. И сейчас я не переставал удивляться, сколько успели понастроить! Вместо деревянных домов в два-три этажа, еще довоенной постройки, высились многоэтажки. Паром, перевозивших людей и машины на другой берег Урала пропал, вместо него появился гигантский подвесной мост. Да, я помню, читал что-то в газетах, что собираются строить мост, но чтобы так быстро… эгей! Так это было три года назад!
— А вы знаете, почему дома старой постройки малоэтажные? — нарушил тишину Грачев.
— Потому что высотки строить сложнее? — предположил Лопатин.
— Хм! А вот и нет! — хмыкнул офицер. — Чтобы в случае авиаудара, после обрушения зданий, по проезжей части могла пройти техника.
— Кто-то может на нас напасть? — ужаснулся лейтенант.
— Да кто на нас нападет, — отмахнулся командир. — Любого агрессора мы отбросим массированным контрударом и продолжим боевые действия на его территории. Да и нет у нас врагов в этом мире, куда ни плюнь — везде союзники. А знаете, почему Заречный район называют Могильник?