- Госпожа Гейт, рад видеть вас снова и в добром здравии, - белозубо улыбнулся врач. – Хотя уверен, вы меня не помните.
- Простите, - признала я его правоту.
- Что ж, познакомимся заново. Доктор Артур Эгберт – психиатр и владелец этого чудесного места. Какое же расследование привело вас к нам?
- Одна из ваших бывших пациенток убита, - без обиняков объяснил капитан.
- Убита? Но кто? – удивление врача выглядело довольно натурально.
- Анна Ленц.
- Господи единый! Когда это случилось? Кто это сделал?! – воскликнул доктор Эгберт.
- Это мы и пытаемся выяснить. Расскажите, пожалуйста, вы хорошо знали Анну? С кем она общалась? Может быть, у неё с кем-то возникали конфликты?
- Нет, Анна была очень спокойной. Практически ни с кем не общалась. Первое время ограничение общения требуется в терапевтических целях, но потом она просто не хотела ни с кем сближаться.
- Простите, - заинтересовалась я, - а как вы лечите эмпатическую зависимость?
- Я запатентовал собственный метод. Коррекция поведения с помощью снов.
- Как это работает?
- Все врачи в моей клинике – сноходцы. Вы же знаете, что достаточно опытный сноходец может не только путешествовать по чужим снам, но и менять существующую там реальность.
- И как это помогает пациентам?
- Сон – это процесс, контролирующийся подсознанием, время, когда сознание максимально расслабленно. Через сон мы можем влиять на подсознательные процессы, немного корректировать восприятие действительности.
- То есть, через сон вы можете влиять на реальность? – сразу же оживился капитан.
- Нет, только на сознание пациента. Это довольно мягкий и совершенно безболезненный метод психологической коррекции, но он помогает только, если пациент полностью открыт и хочет избавиться от своей проблемы, - терпеливо пояснил доктор.
- Таким образом можно убить человека?
- Я о таком не слышал. Всё же сон – это всего лишь сон. Даже чтобы немного изменить через него подсознание, специалисту приходится прилагать колоссальные усилия. Но заставить организм поверить, что он умирает – это не под силу ни одному сноходцу.
- Когда Анна ушла отсюда? И почему?
- Около полугода назад. А почему? Я так до конца и не понял, что пошло не так. Она хорошо поддавалась терапии, но потом внезапно собралась и ушла. Её не задерживали, - пояснил доктор, видя наше удивление. - Мы не держим пациентов насильно. Без искреннего желания излечиться старания врачей бессмысленны.
- Ясно, с кем чаще всего общалась Анна в клинике?
- Я был её лечащим врачом. Иногда меня заменял доктор Швальц. Но больше всего времени она проводила с Хэленой.
- С Хэленой?
Капитан стал похож на гончую, взявшую след после долгих блужданий по лесу.
- Да, с Хэленой Вюрц – нашей медсестрой. Некоторым пациентам, таким как Анна, требуется особый уход, особенно вначале. Хэлена была её личной медсестрой. Она обладает иммунитетом к парапсихическому воздействию, поэтому может свободно общаться с эмпатами, не провоцируя их эмоциональный голод.
- Мы можем с ней поговорить?
- Да, Хэлена сегодня на смене. Можете разговаривать с ней или с любым другим человеком в клинике, только попытайтесь не беспокоить пациентов.
- Если этого не потребуют интересы следствия.
- Конечно, - спокойно кивнул доктор.
- И ещё один формальный вопрос: где вы были в ночь на 12 ноября между четырьмя и шестью часами?
Эгбер снова ответил, не задумываясь:
- Дома, конечно. Я всегда ночую дома.
- Вы живете здесь?
- Нет, у меня свой дом в Руиге. Сюда я приезжаю каждое утро, когда не беру выходной.
- Кто-то может подтвердить, что вы были дома?
- Я живу один. Вся прислуга приходящая, но мне абсолютно нечего скрывать, - честно признался врач. Его прямота была мне симпатична.
- Где мы можем найти Хэлену?
- Сейчас у пациентов свободное время, поэтому Хэлена, скорее всего, в комнате отдыха для сестер. Мы пытаемся создать оптимальные условия и для клиентов, и для персонала.