Он снова замолчал, пристально вглядываясь в дорогу. Молчала и я, не зная, что ответить на такое признание. В прочем, мужчина и не ждал ответа. Немного подумав, он снова заговорил:
- Моё психическое нездоровье – одна из причин, по которой я до сих пор не женился. Но есть и ещё одна. Мне нравитесь вы, Вивьен.
Выпалив это, Том бросил короткий взгляд в мою сторону и грустно улыбнулся.
- Вы ошарашены моим признанием. Не ожидали, что старый друг может хотеть чего-то большего, чем дружба.
Машина остановилась у моего дома, но никто из нас не спешил из неё выходить. Казалось, стоит открыть дверь, и что-то важное безвозвратно исчезнет в этой холодной ночи.
- Вы поужинаете со мной завтра, Вивьен? – набравшись смелости, спросил Том.
Глава 8. Новая жертва
Минута молчания, казалось, растянулась в вечность. Том внимательно вглядывался в моё лицо, пытаясь предугадать ответ, а я не знала, что сказать.
Мы знали друг друга с самого детства. Друг всегда был рядом: никогда не осуждал, всегда поддерживал. Он был единственным, кто знал, что я хочу сбежать на фронт, отговаривал меня, но никому не сказал ни слова. В те далекие времена, ещё до войны, я даже была влюблена в него, но детская привязанность прошла. Может ли теперь возродиться то светлое, наивное чувство? Можем ли мы быть счастливы вместе?
- Хорошо, Том. Я поужинаю с вами, - наконец решилась я.
Мужчина порывисто наклонился и коснулся губами моих губ. Поцелуй оказался почти невесомым и очень приятным. Том резко отстранился, ожидая какой-то реакции. А мне безумно захотелось снова ощутить тепло чужого дыхания. Он точно не ожидал ответного поцелуя, но сразу подался навстречу, заключая меня в объятия.
- Подниметесь ко мне? – спросила я, когда поцелуй прервался.
Мужчина отрицательно качнул головой:
- Хотелось бы, но нет. Не хочу терять возможность поухаживать за вами как полагается. Спокойной ночи, Вивьен.
- Спокойной ночи, - попрощалась я и выскользнула из салона автомобиля.
На улице всё ещё был ноябрь, но в душе царила весна. Весь вечер глупая улыбка не сходила с лица. Как давно я была влюблена? В последний раз ещё во время войны. Мы были молоды и, как все молодые, жили надеждой: строили планы, мечтали о совместном будущем. Но война не щадит никого. Даже влюбленных. Мечты умерли в тот день, когда молодого лейтенанта прошили вражеские пули. Тогда проявился мой дар, а сердце заледенело на многие годы, пока сегодня Том не согрел его новой, пока ещё слабой надеждой на счастье.
Совсем поздно, уже около полуночи, позвонила Мари. Сестра долго возмущалась, что до меня невозможно дозвониться в нормальное время, расхваливала новую квартиру Труди, ругала бюрократию, не дающую быстро и безболезненно уйти из армии, даже когда тебя в ней не слишком хотят видеть, сообщила, что приедет через неделю, и, не дав вставить в свой монолог и десятка слов, попрощалась и положила трубку.
Довольная приятным завершением вечера, спать я отправлялась в прекрасном настроении, строя планы на завтрашний день.
Жесткая удавка сдавливала горло, мешая дышать. Животный ужас сковывал тело, лишая сил к сопротивлению. Воздуха отчаянно не хватало, тело слабело каждую секунду. Руки мелко подрагивали, и я никак не могла дотянуться до петли, чтобы ослабить её смертоносную хватку. Перед глазами плыло: красноватое марево заволокло комнату. И только черный силуэт человека без лица казался необычайно четким среди смазанных очертаний окружающих предметов. Боль пронзила тело от макушки до кончиков пальцев на ногах, когда каждую мышцу свело судорогой. «Я умерла», - пронеслась в сознании острая, как стрела мысль, прежде чем мир рухнул в темноту.
Открыв глаза, я долго не могла поверить, что всё ещё жива. Кошмар был таким реальным, что кожа до сих пор зудела в том месте, где во сне её сдавливала удавка. Подрагивающей рукой я провела по шее, но не почувствовала ничего, кроме холодных капель пота. Круг света от зажженной лампы выхватил из мрака привычную обстановку родной спальни, но темнота всё ещё клубилась по углам – и в ней мне чудился черный силуэт призрачного душителя.